РЕПОРТЕР

 Фокус

ГОРЕ БЕЗ УМА

В последнее время отовсюду слышны разговоры: "Ну и жизнь пошла! Как жить при старой зарплате и новых ценах? С ума сойти можно от постоянных поисков денег на пропитание!". Мнение о том, что резкое повышение цен привело к ухудшению психического состояния, я слышал за эти дни от многих. Поэтому мне и пришла в голову мысль посетить отечественные психиатрические клиники. Если верить прогнозам о предстоящем в следующем году очередном повышении цен, не исключено, что количество пациентов там значительно увеличится.

НАША ПСИХИКА - САМАЯ ЗДОРОВАЯ В МИРЕ

По мнению отечественных психиатров, за последние 3-4 года увеличилось количество психозов. Причина - люди не видят смысла в жизни. Ничего удивительного в этом в принципе нет, как посмотришь по телевизору на высказывания нашего президента так сразу понимаешь пора брат, пора... Международные медицинские эксперты заявляют, что число людей, страдающих психическими заболеваниями, составляют от 1 до 3 процентов от населения той или иной страны. В таком случае, в Азербайджане должно быть от 80 до 240 тысяч психически больных. Но в нашей стране официально зарегистрированы только около 1000 психически больных.

Причин такого несоответствия несколько. Кто-то получает амбулаторную помощь, кто-то лечится на дому. Кроме того, огромное количество наших граждан, нуждающихся в визите к психиатру, не идут этого. В итоге их не регистрируют и об их наличии знают только соседи да родственники. Правда, изредка им удается сделать неплохую карьеру и стать довольно известными людьми. Правда, результат их "творчества" нередко пожинают не только современники дорвавшегося до власти недоумка, но и их потомки.

Но винить этих больных в совершаемом ими не стоит. Ведь, по мнению психиатров у психически больных своя логика. Вот и в случае с теми или иными новациями дорвавшихся до власти психов удивляться не стоит - у них просто свой взгляд на жизнь.

И еще. Отрицательные эмоции играют огромную роль в психо-неврологическом состоянии - они ведут к шизофрении. Говорят, что шизофрения превращает человека в "трупа с открытыми глазами". К сожалению, с каждым годом "трупов с открытыми глазами" у нас становится все больше.

"ПЛЕМЯННИК" ГЕЙДАРА АЛИЕВА И ДРУГИЕ НЕОФИЦИАЛЬНЫЕ ЛИЦА

В Баку три психиатрических клиники. Клиническая психиатрическая больница (КПБ) N 1 на Баилово, КПБ N2 -около Славянского университета и республиканская психбольница в Маштагах. Ничем особо не выделяющийся двухэтажный домик в одном из баиловских двориков. Найти его помогли местные жители. "Дялихана", как они ее называют, находится рядом с избирательным участком и средней школой. Обрамляли этот триумвират мирно пасшиеся у стен психбольницы коровы. "Вы к кому?", - спросил дежуривший у входа работник учреждения, зорко, как азербайджанский таможенник, осматривая содержимое сумок. Ответ - и врата в опрокинутый мир психически больных открылись.

Первой навстречу из столовой вышла низкорослая женщина, лицо которой было неестественно серого цвета. Ее взгляд тоже остановился на моей сумке. "Ей бы лучше рентгенологом работать", подумал я, не зная, что эта мысль еще не раз придет мне в голову по ходу посещения больницы. У дверей комнаты для свиданий с больными, нас встретила работница этого учреждения. Она тоже здоровалась скорее не с мной, а с сумками. В небольшой комнатушке стояли пять столов, за которыми проходят встречи пациентов с близкими. Я стал ждать нужного мне пациента. За ним послали одного из его однопалатников, имевшего удивительное сходством с вождем мирового пролетариата. В времена оны ему бы предложили сниматься в кино в роли Ленина, а сейчас - пациент психбольницы.

Но вот отворилась дверь и вышел мой знакомый. Два месяца в этом учреждении очень сказались на нем. Он сильно похудел, в глазах появилась тоска. Он рассказал о распорядке дня в больнице. Завтрак дают в 8.00. Те, кто просыпается позже, рискуют оказаться без него. Завтрак состоит из стакана чая и куска хлеба с маслом. И на этом больные стоически держатся до 12.30, когда приходит время обеда. Ужин здесь приходится на 16.30. Кормят здесь больных, как в мои армейские годы, - крупами. Мяса здесь не видали давно. На этом фоне принесенная мною жареная картошка с курицей и помидорами казались настоящим пиршеством. Под неотрывными взглядами сидевших рядом и смотревших ему в рот работников медучреждения, мой знакомый приступил к трапезе.

"Вы молодцы! К иным пациентам родственники порой месяцами не ходят", - послышалось из-за соседнего стола. "Дай этой женщине один "мамед", когда будешь выходить - она тебе дверь открыла", - объяснил причину разговорчивости дамы в белом халате мой знакомый. Поев принесенный нами борщ, он отложил курицу с картошкой на вечер. За этой процедурой жадно наблюдали глаза медперсонала. Их недобрый огонек удалось затушить лишь после того, как в их сторону перекочевали сладости, принесенные нами для больного.

Расспросил я его о том, кто его "сокамерники". Оказалось, что "Ленина" сдала в психбольницу жена. "А вот Надежда Константиновна на такое не пошла бы", - подумал я. Сегодня психиатрия во всем мире стала несколько иной. Говоря конкретнее, если раньше среди пациентов психиатрических лечебниц была мода на "Наполеонов", то нынче - на "связь с космосом". Да что там космос! Один пациент психбольницы номер 1, по словам моего знакомого, заявляет, что он - племянник Гейдара Алиева. Зовут этого "племянника" Шукюр. Да, это вам не какой-то захудалый "Наполеон"!

"Помнится, кто-то из проправительственных депутатов говорил, что наших оппозиционеров нужно показать Агабеку Султанову. Вот бы они удивились, если бы узнали, за кого себя выдает пациент вашей психушки", - сказал я сидевшему напротив санитару. После этих слов санитар, как и все медработники за соседним столом, разом отвернулись от нас. Тем более, что у них появился новый объект для лицезрения. В комнату вошла сестра одного из больных.

По одному взгляду на ее брата можно было определить характер его заболевания - дикие взгляд, трясущиеся руки. "Не обнимайте меня - я вшивый", - предостерег он родственников. На нем была грязная одежда, тапочек на ногах не было, он шел в ставших уже твердыми от грязи носках. Видно было, что давно не купался. "За все тут нужно платить, в том числе и за возможность искупаться", - пояснил мне ситуацию мой знакомый. В этот момент сестра больного передала две пачки сигарет санитару. Тот принял их как должное.

Тут в комнату вошел главврач этой больницы Б. Гусейнов. "Чего это вы здесь расселись! Сколько я вам говорил, чтобы вы не сидели в комнате для встреч больных с родственниками!", -закричал он на своих подчиненных. Те молчали, но не расходились. Видя бесполезность своих филиппик, он предложил нам поскорее забрать своего знакомого. "Сколько это будет стоить?", - спросил я его. "Мне ничего не надо", - ответил главврач. А из-за его спины мне хитро подмигивал санитар. Мы договорились придти завтра. Справедливости ради отметим, что своего знакомого из этой больницы на следующий день мы и вправду забрали бесплатно. Зато на выходе нас ожидал еще один "пункт оплаты". Это был дежуривший на входе медработник. "А мне на сигареты не дадите? Я ведь тоже за больными смотрю", - просительно заявил дежурный. Мы дали ему 1000 манатов и ускорили шаг.

САМОЦЕНЗУРА ГЛАВНОГО ПСИХИАТРА

Совершенно иная картина была в психбольнице N 2. В этом заведении с нас денег никто не брал. Встретивший нас на входе охранник объяснил нам где находится кабинет главного психиатра страны, профессора Агабека Султанова. Первое, что меня удивило, - отсутствие в кабинете профессора портрета Гейдара Алиева или его сына. Зато слева от доктора стояла обрамленная в красивую рамку фигура манекенщика, демонстрирующего свой торс. Увы, вместо ожидаемого мною совместного осмотра палат, в которых проходят лечение его пациенты, А. Султанов стал говорить о том, что психиатрия - самая трагическая область медицины.

По его словам, в ближайшее время в Баку будет выстроена новая психиатрическая клиника. Единственным пожеланием отечественных психиатров было, чтобы данное здание находилось в черте города. По словам Агабека Султанова, это будет 8-этажное здание. "Нам достаточно 300-коечной больницы. Хорошо бы, чтобы и наш диспансер переехал туда. Тогда был бы диспансер при психиатрической больнице. Если пациент в плохом состоянии - его можно направить в стационар. Если в хорошем - домой", - делился своими надеждами Агабек Султанов. По его словам, неплохо было бы открыть при больницах такие же, как уже имеющийся при КПБ N 2, дневной стационар. В Британии их называют "дома на полпути". В этих стационарах больные утром и днем получают необходимое лечение, играют в настольные игры, общаются, а после обеда идут домой, где принимают ночную дозу лечения.

Коснулся профессор А. Султанов и вопроса о сокращении стационарно-коечного фонда в пользу предоставления больным более свободной жизни и обеспечения их возможностью проводить большую часть времени дома. В США, странах Скандинавии и других развитых государствах в последнее время вовсю муссируются подобные разговоры. "Я с этим не согласен", - говорит Агабек Султанов. По его словам, нужно считаться с менталитетом народа, общей культурой людей, их внутренним миром. Кроме того, еще великий итальянский антрополог Чезаре Ломброзо сказал: "Каждый психически больной - потенциальный правонарушитель. Не по желанию, а по своему психическому состоянию". Поэтому психиатры работают как на пороховой бочке, не зная, что их ждет в следующий миг. Кстати, по мнению Агабека Ашумовича, по сравнению с другими дисциплинами медицины, в психиатрии Азербайджана наименьший отток специалистов за рубеж.

Я уж не знал - радоваться или печалиться тому, что для психиатров в нашей стране непочатый край работы.

Спустя несколько дней я снова навестил Агабека Султанова. И очень удивился тому, что он начал корректировать собственные высказывания. Например, он сказал, что у нас в стране 5 докторов наук, более 10 доцентов и кандидатов в доктора наук, занимающихся психиатрией. Немало и их последователей. Их подбирают из интеллигентных городских ребят, выпускников мединститута. "А деревенские на нас не обидятся?", - спросил он меня. Я ответил, что не думаю, что правда может кого-то обидеть.

Карабахская проблема, помимо политической, имеет еще одну сторону. По словам Агабека Ашумовича, у многих беженцев выработалась паразитическая психология. Они считают, что всем им обязаны. "Некоторые приходят ко мне с претензиями, требуя, чтобы я помог им только потому, что они беженцы", - говорит профессор Султанов. - "Дошло до того, что они бравируют своим статусом". Кстати, говорят, что психбольница нередко становится убежищем для не желающих идти в армию молодых ребят. Свидетелем этого стал я сам.

Я ожидал в коридоре аудиенции с профессором Султановым. Рядом стояло несколько ребят. Мы разговорились. Оказалось, что один из них пришел к главному психиатру для... получения справки, делавшей невозможной его службы в армии. "Неужто в "шизики" записываешься? Ведь потом на работу трудно будет устроиться", - сказал я. "Нет. Он сам что-нибудь безопасное для будущего трудоустройства мне придумает", - заявил молодой человек. "И сколько это будет стоить", - спросил я. "Мои родители - его знакомые. Поэтому мне это обойдется дешево - "ширинлик" в 100-200 долларов. Я на все готов, лишь бы не служить в армии", - гордо заявил юноша.

Зайдя к Агабеку Султанову, я спросил его: "К какой категории вы отнесете здорового юношу, не желающего служить и ищущего вашей поддержки в этом своем желании", - спросил я. "Такого и быть не может", - ответил он мне. "А вот за дверью стоит молодой человек, утверждающий, что вы за деньги поможете ему избежать армии", - парировал я. Мы позвали призывника в кабинет профессора. "Ты кому деньги давал?", - грозно крикнул на парня психиатр. "Я не говорю, что дал. Я просто хотел вам "ширинлик" сделать, доктор", - отвечал парень, подмигивая Агабеку Ашумовичу. "Мне твои деньги не нужны! Посмотрите на него, он еще подмигивает. Убирайся отсюда и больше не приходи ко мне", - крикнул профессор и указал на дверь.

P.S. Я шел по родному городу и увидел идущего навстречу одноклассника. Ему предлагали престижную работу за рубежом, но он решил остаться на родине, хотя получал здесь зарплату, которая давала ему только возможность выжить. "Ты что, сумасшедший? Уезжай, пока они не передумали", - советовали ему. "Не могу. Я только здесь себя чувствую нужным. Хотя, может, вы и правы - я действительно сошел с ума", - сказал он.

АКПЕР ГАСАНОВ

Еженедельное аналитическое pевю "Монитоp", № 74, 13 ноября 2004