АРХИВ

ВЕЛИКИЙ ПЕРЕЛОМ

"Народу нужен царь, тот, кому они смогут поклоняться, во имя кого жить и работать"
Иосиф Сталин

С уходом в небытие последнего сталинского сателлита Мир Джафара Багирова, республика вздохнула свободней. Пришедший в руководство страны с "хрущевской оттепелью" тандем Имама Мустафаева и Мирзы Ибрагимова оздоровил общественно-политический климат. Интеллигенция воспряла - начался распад сталинской "системы страха".

"СЕРОЕ ПЯТНО"

Вели Ахундов - либерал из научной среды, сменивший обвиненный в национальном уклоне тандем, во многом продолжил политику "оттепели". Главное, изобличая "тиранический централизм" Багирова, В.Ахундов содействовал появлению яркой когорты политических деятелей. В высшем руководстве Азербайджана тогда царил дух демократии (насколько это было возможно в советские годы), удалось покончить с беспощадным волюнтаристским диктатом.

Отныне власть не сосредотачивалась в кабинете первого. В руководстве республики появились яркие представители интеллигенции, патриоты Шихали Гурбанов, Назим Гаджиев, Магсуд Ализаде и Али Керимов, опытные хозяйственники Мамед Искендеров и Энвер Алиханов. Каждый из них обладал должной самодостаточностью и, обретя самостоятельный опыт руководства, готов был занять пост лидера республики.

Но именно в это время некий офицер МГБ Гейдар Алиев, выросший в недрах карательно-чекистской системы (она жаждала реванша, так как ее привилегии погребли с останками Сталина), начал головокружительную карьеру - брак с дочерью партийного бонзы Азиза Алиева стал приносить дивиденды. Вышедший из опалы тесть Г.Алиева способствовал стремительному продвижению зятя. Второму секретарю ЦК Компартии В.Семичастному порекомендовали Г.Алиева в качестве кандидата на освободившийся пост генпрокурора. Но Г.Алиев, тогда руководитель отдела, сделал воистину блестящий ход - отказался от этого поста при встрече с В.Семичастным. Он понимал: генпрокурору подняться до "первого" крайне сложно. Кроме того, это была замечательная возможность продемонстрировать показную скромность.

Г.Алиев связывал с наступавшей реакцией большие надежды. Во время службы он завязал "весьма" доверительные отношения со своим "шефом" Семеном Цвигуном, звезда которого взошла с приходом к власти днепропетровской группировки во главе с его кумом Леонидом Ильичом. Эти отношения сулили головокружительные перспективы, молодому и беспринципному полковнику КГБ.

В 1965 году В.Семичастный с подачи ушедшего в Центр Цвигуна утвердил "скромника" первым зампредом, а через два года - и председателем КГБ. До кабинета "хозяина" оставался шаг. Но еще очень длинный - путь наверх прикрывала плеяда блестящих деятелей, на фоне которых Г.Алиев выглядел серым пятном.
Алиева это не пугало. Ведь и Сталина называли "серым пятном, маячившим перед глазами блестящей ленинской гвардии". А в итоге Сталин проводил в последний путь каждого из старых ленинцев.

ХОЖДЕНИЕ ПО ТРУПАМ

Начиналась сталинистская реставрация. Как и все перевороты, брежневская реакция ознаменовалась внутрипартийной чисткой. Судьба Вели Ахундова была предопределена. Человек Хрущева должен был уступить место человеку Брежнева. Но Москва никак не могла определиться с выбором в Азербайджане.
К тому времени при весьма странных обстоятельствах от сепсиса скончался любимец Хрущева Назим Гаджиев. Элементарная операция по ликвидации перитонита, проведенная корифеем азербайджанской хирургии, завершилась смертью.

Он считался одним из самых достойных кандидатов на пост первого, - единственный азербайджанец, работавший завсектором ЦК КПСС. Даже тесть Г.Алиева Азиз Алиев в кругу семьи безустанно говорил о достоинствах Н.Гаджиева и был уверен, что В.Ахундова должен заменить именно он. Руководитель азербайджанской контрразведки Г.Алиев всегда прислушивался к словам тестя.

Став преемником Н.Гаджиева, Шихали Гурбанов добился восстановления запрещенного в советские годы самого дорогого праздника - Новруза. Благодаря этому и всей своей деятельности, Шихали Гурбанов добился неслыханной для партийного лидера популярности. Но тоже ушел в мир иной при весьма сомнительных обстоятельствах. Он погиб у стоматолога от введенной в его десну инъекции.
Впоследствии очевидцы вспоминали: в день, когда секретарь ЦК посетил врача, в поликлинике почти никого не было. Лишь в соседней комнате какой-то высокопоставленный офицер спецслужб ожидал исхода. Это произошло 24 мая 1967 года.

В тот же день Гейдар Алиев был утвержден председателем КГБ Азербайджана. И вошел в историю, как первый азербайджанец, возглавивший спецслужбу своей республики. Центр оказывал несомненную поддержку проверенному кадру.

В 1967 году бюро ЦК КПА, не без участия В.Ахундова, добилось насильственного смещения с поста другой яркой личности - лидера комсомольцев Магсуда Ализаде. История комсомола не знала такого, чтобы съезд отказывался освобождать первого секретаря! Три дня съезд ЛКСМА отказывался принимать отставку М.Ализаде, молодежь громко скандировала его имя.
Центр и КГБ сделали соответствующие выводы - в Азербайджане расшаталась "система страха", ее надо укреплять. И в августе 1968 года во дворе мединститута средь бела дня был расстрелян бывший комсомольский лидер М.Ализаде. Преступников так и не нашли.

Москва готовилась к смещению Ахундова, а тот пытался убедить Политбюро оставить преемником хотя бы Али Керимова - протеже советского премьера Косыгина. Действительный преемник Ахундова не простил этого ни Ахундову, ни Керимову. Итак, Азербайджан находился в ожидании очередной партийной пертурбации.

ПЛЕНУМ

15 июля 1969 года на страницах печати появилось небольшое информационное сообщение: Пленум ЦК КП Азербайджана своим решением освободил В.Ахундова с должности первого секретаря ЦК КПА в связи с переходом на должность вице-президента Академии Наук. Новым руководителем партии стал председатель КГБ Гейдар Алиев. За исключением этого сухого сообщения республика так и не узнала о происходившем на пленуме.

К началу пленума основные претенденты на власть стали покойниками, а Али Керимов, вследствие своей близости к Косыгину, позиции которого к тому моменту пошатнулись, также потерял шанс стать первым. Г.Алиеву, успевшему набрать богатый политический опыт и (говоря словами В.Семичастного) "являвшемуся смесью и восточного, и кавказского, и мусульманского, словом всего на свете", не составило особого труда обойти М.Искендерова и Э.Алиханова. Поддержка, оказанная ему Цвигуном, предопределила отношение Москвы. Центру требовался управляемый, жесткий руководитель, который должен был покончить с хрущевской оттепелью в Азербайджане. И 33 года тому назад Гейдар Алиев пошел в бой с лозунгом: "Долой национализм! Ура брежневскому интернационализму!". Вместе с ним в республику возвращалась "система страха".

Но вернемся к пленуму. Москва определилась с новым ставленником, и присутствовавший на пленуме секретарь ЦК КПСС И.Капитонов огласил фамилию, угодную Центру - Алиев. Но неожиданно Алиеву "бросил перчатку" первый секретарь Шемахинского райкома Сабир Шафиев. В отличии от многих наивных людей, считавших Г.Алиева "грозным партизаном Михайло" (в лучших багировских традициях он неожиданно появлялся на рынках и популистски критиковал дороговизну), С.Шафиев не раз сталкивался с чекистом. Еще в молодости Г.Алиев упорно пытался отбить у С.Шафиева невесту - сестру заместителя могучего Э.Алиханова нахичеванского аксакала Фикрета Ахмедова. Но попытки оказались тщетными.

Зная коварность чекиста, С.Шафиев заявил: "Неужели Центр не может выбрать кого-то из состава партийных руководителей? Почему вы, товарищ Капитонов, проявляете неуважение к партийным органам? Зачем создавать прецедент назначения чекиста первым секретарем?". Сидевший рядом с Алиевым один из его сторонников отпарировал: "Сабир, разве ты не знаешь, что у нас уже был такой прецедент" (Мягко намекая на неизгладимый след председателя ЧК Мирджафара Багирова). Многие осознавали трагичность ситуации - в Азербайджане шла классическая реставрация сталинско-багировской системы! И обошлась она республике очень дорого.

Выступление С.Шафиева осталось гласом вопиющего в пустыне. Пройдет немного времени, и С.Шафиев исчезнет из политической жизни, а потом и вообще из жизни. Та же участь постигла и чересчур выдвинувшегося Тельмана Алиева, который в те славные дни еще был рядом с Г.Алиевым, и Арифа Гейдарова, и расстрелянных Бабаева и Кулиева. Легким испугом отделались А.Везиров, В.Гусейнов, Гамбой Мамедов. Но и они стали жертвами политики, которую новый первый провозгласил уже в августе 1969 года.

АВГУСТОВСКИЕ ТЕЗИСЫ

На первом же пленуме ЦК КПА, проведенном Г.Алиевым после своего избрания и приуроченном к подготовке 100-летия Ленина, он выступил со своими первыми тезисами и подверг уничтожающей критике практически все сферы деятельности бывшего руководства. Но, как парадоксально это ни выглядело, впоследствии он взял на вооружение именно то, что критиковал. После протокольного рефрена первому Ильичу и славословия в адрес последнего (в речи он упомянул "дорогого Леонида Ильича" 48 раз), Гейдар Алиев продекларировал следующие тезисы.

ТЕЗИС ПЕРВЫЙ - КРИЗИС ЭКОНОМИКИ

К экономике Г.Алиев всегда относился с болезненным пристрастием. Ее состояние он расценил как тревожное. По его мнению, пятилетки не выполнялись, темпы валовой продукции были низки, нефтяная промышленность и строительство - неэффективно, а в сельском хозяйстве процветала спекуляция.
Пройдет немного времени, и Гейдар Алиев подорвет экономику страны. Азербайджан не выдержит ускоренных пятилетних планов, и в отличие от 60-х, в 70-е годы в богатейшей республике будет введена талонная система на продукты питания. Нефтяные ресурсы будут разворовываться, а "хлопковая политика" принесет трагедию в нашу деревню. В результате "эффективного строительства" некогда благовидный евразийский Баку покроется уродливыми районами, состоящими сплошь из аварийных однотипных "брежневок".

ТЕЗИС ВТОРОЙ - КРИЗИС ИДЕОЛОГИИ

Г.Алиев подверг критике и средства пропаганды - печать и телевидение. На его взгляд, они находились не на должном идейно-политическом уровне, неактивно пропагандировали марксизм-ленинизм. Он стал лично управлять СМИ волюнтаристскими методами. Так, пройдет всего три года и за ошибку в фамилии "Алиев", первый секретарь обратит весь свой карательный аппарат против несчастного корректора газеты "Коммунист" (почти как во времена Сталина). Так повышалось "пропагандистское мастерство", к которому он рьяно призывал на августовском пленуме.

ТЕЗИС ТРЕТИЙ - МЕСТНИЧЕСТВО

На пленуме Г.Алиев провозгласил: "...некоторые руководители протаскивают на ответственные должности людей по признакам личной преданности, землячества, родства или приятельских отношений, не ведут острой борьбы против такого зла...".

В его собственной политике основополагающим тезисом станет именно местничество, которое изначально отсутствовало в политической жизни. Он зародит и структурирует свой клан безземельцев-малоземельцев. Клановая проблема станет одной из неразрешимых не только в политической системе, но и в массовом сознании.

ТЕЗИС ЧЕТВЕРТЫЙ - КРИЗИС КАДРОВОЙ ПОЛИТИКИ

По мнению Алиева, прежнее руководство проводило неумелую кадровую политику и по его мнению при назначении кадров "необходимо учитывать мнение о них коллектива, широкого круга людей, товарищей".
Именно Алиев, вопреки общественному мнению, впоследствии будет выдвигать именно скомпрометировавшие себя кадры. Все его окружение всегда будут составлять ничтожества, не имеющие поддержки как он любил повторять "масс и товарищей".

ТЕЗИС ПЯТЫЙ - ИГНОРИРОВАНИЕ ЖАЛОБ

Алиев раскритиковал руководителей, которые создали положение, когда трудящиеся уверены в "безнаказанности власти, со всеми вытекающими отсюда последствиями".
Пройдет немного времени, и вся страна согнется под властью кадров, воспитанных в алиевском духе. Трудящимся будет наглядно продемонстрировано наплевательское отношение власти, ее полнейший произвол и безнаказанность.

ТЕЗИС ШЕСТОЙ - КОРРУПЦИЯ

"Самую беспощадную борьбу мы должны вести со взяточничеством и искоренить это позорное явление", - так провозглашал Алиев в далекие 60-е. Не пройдет и нескольких лет, как позор коррупции станет сердцевиной его власти. На пленуме Г.Алиев особенно затронул взяточничество в учебных заведениях, в частности во время приема абитуриентов. Но уже в 70-80-е годы его младший брат Агиль устроит самый настоящий беспредел в вузах (особенно в мединституте), и взяточничество достигнет невиданных масштабов.

ТЕЗИС СЕДЬМОЙ - УСИЛЕНИЕ СИЛОВЫХ ОРГАНОВ

Г.Алиев остался недоволен слабостью административно-правовых органов. В этом единственном тезисе он был искренен. И во имя укрепления базы своего полицай-режима, он сосредоточит огромную власть в руках милиции, прокуратуры и КГБ, а позже превратит их в карательные органы своей единоличной власти.

ТЕЗИС ВОСЬМОЙ - ВЛАСТЬ БЕЗ НАУКИ

Новый хозяин был недоволен тем, что прежние руководители страны "получали ученые степени, писали диссертации в ущерб порученному им делу, а иногда даже используя возможности своего служебного положения".

Не пройдет и десяти лет, как вся семья Алиевых, представленная на высших должностных постах, будет состоять из академиков, профессоров, докторов наук. А в период его второго правления, вся его команда, состоящая из "научных светил", используя служебное положение, получит докторские степени, титулы членкоров и академиков. Со дна всплывут подобные Инсанову, Худиеву, Алескерову, Мехтиеву и прочим, и в кратчайшие сроки станут докторами и академиками.

ЭПИЛОГ

На следующий день после своей отставки, жарким летним бакинским утром бывший первый секретарь ЦК КП советского Азербайджана Вели Юсифович Ахундов направился на новую работу. Партия и правительство решили, что секретарь-отставник должен испытать себя на новом поприще - научном. Но В.Ахундову, назначенному новым директором Института гигиены и санитарии, у входа в здание Академии Наук преградил путь обычный сержант милиции.

"Предъявите документы", - потребовал милиционер. "Неужели вы меня не узнаете, до вчерашнего дня я руководил республикой?", - удивленно спросил Ахундов. "Я же вам ясным языком сказал, товарищ, предъявите документики", - отрезал сержант.

В этот день В.Ахундов, как и многие тысячи азербайджанцев, еще не в силах был осознать - в республике наступила новая эпоха. Вернее, хорошо забытая старая - Великий перелом.

ЭЙНУЛЛА ФАТУЛЛАЕВ

"Монитор",  № 4, 2002 г.