АРХИВ

САМЫЙ НЕЗАВИСИМЫЙ АЗЕРБАЙДЖАНЕЦ

Его судьба укладывается в русло общей трагедии азербайджанской национал-демократии. Глубокая вера в демократию и светлое будущее заставила многих молодых азербайджанцев бросить работу в России и переехать в Азербайджан. Один из талантливых азербайджанцев, сделавший себе имя и как преуспевающий ученый-физик, и как подающий надежды исследователь-социолог, в начале 90-х вернулся в Баку. Его молодость предопределила все - он примкнул к стану революционных романтиков. Более того, возглавил аналитический центр колыбели азербайджанской революции - Народного Фронта Азербайджана.

Но революция потерпела поражение. А контрреволюция стала пожирать ее детей. С 1993 года он ни на день не прекращал борьбу с реакцией, изменившей весь ход истории Азербайджана. Он полностью ушел в журналистику, ибо перо продолжало оставаться единственным возможным оружием в борьбе с алиевским режимом. Но алиевская власть отобрала у него и эту возможность. Сегодня гость "Монитора" - независимый человек ГУСЕЙНБАЛА САЛИМОВ.

"МЫ ОПЕРЕДИЛИ СВОЕ ВРЕМЯ"

- В середине 90-х вы являлись одним из главных пропагандистов либеральной идеологии в Азербайджане. Именно благодаря вам и некоторым другим теоретикам, национал-демократические партии, отказавшись от шовинистического тюркизма, взяли ориентир на либеральную демократию. Однако обеспечить торжество либерализма в обществе так и не удалось. Почему?

- Да, в те годы в печати вышли в свет множество моих публикаций о либерализме. Я являлся автором либеральной концепции программы ПНФА. Но жизнь показала, что нужно еще много времени, чтобы претворить в жизнь либеральные ценности. Власть утверждает, что в экономике страны ей удалось обеспечить верховенство либеральных принципов. Ложь! Эта власть построена по олигархическому принципу. В нашей стране отсутствуют элементарные либеральные свободы.

Борьба за либерализм стала продолжением демократической борьбы конца 80-х - начала 90-х годов прошлого столетия. Однако авторитаризм подавил нашу борьбу. Либерализм остался лишь декларацией.

- Вам не удалось пробудить людей и добиться того, чтобы вера в либеральные ценности укоренилась в массовом сознании, не так ли?

- Увы. Мы опередили свое время.

- Очень часто многие наши граждане заявляют, что наша страна не готова и к демократии. Как определяются параметры готовности общества к свободе?

- Не бывает общества без идеологии. Вопрос в другом - какая идеология правит тем или иным обществом? В Азербайджане отменена смертная казнь, мы стали частью европейского политического сообщества, наша власть присоединилась ко всем европейским конвенциям, гарантирующим права человека. Насколько известно, европейское сообщество зиждется на либеральных ценностях. Парадоксально, но даже став частицей этого сообщества, мы не приобщились к этим ценностям. Это синдром поспешного принятия нас в члены СЕ. Мы не были готовы ко вступлению в Совет Европы - это признано всеми экспертами этой организации. Хотя Азербайджан и входит в СЕ, но в нашей стране царит средневековый монархический режим.

Необходимо признать, что большая демократическая волна прошла, а после себя оставила главенство геополитических и экономических интересов держав. Как относятся к Азербайджану в мире? В глазах Запада, мы - отсталая мусульманская страна, которая представляет для них какое-то значение лишь благодаря своим нефтяным залежам.

Нет параметров, которые определяли бы готовность того или иного народа к демократии. Кто это может определить? Надо предоставить народу демократию. Да, будут ошибки, неудачи. Но народ должен пройти через это. К сожалению, наш народ не получил демократию. И кто имеет моральное право после этого усомниться в готовности нашего народа к построению демократического государства?

- Но согласитесь, что не Запад, а азербайджанский народ должен вести борьбу за демократию. Ведь построение демократии в наших интересах.

- Главная задача всех прогрессивных идеологий, в том числе и либерализма, заключается в защите прав человека. Наш народ должен начать борьбу за свои гражданские права. Власть проводит в жизнь дискриминационную политику против всего народа. Мы оказались в худшей ситуации, чем негры США в середине XIX века. Американская администрация хотя бы обеспечивала их рабочими местами, они не гибли с голоду. Власть обеспечивала их право на жизнь. Мы же подвергаемся большим гонениям, чем негры в Америке.

- Можно ли сказать, что в Азербайджане произошло столкновение двух идеологий?

- Конечно. В любом обществе, даже в условиях авторитарного режима, наблюдается противостояние идеологий. Любое общество делится на две категории - консерваторы и реформаторы. Это противостояние происходит даже в самом демократическом обществе. К примеру, в Голландии многие партии выступают за отмену легализации наркотической продукции. А другие решительно выступают против этого. Азербайджанское общество тоже делится на две основные группы. Есть консерваторы, являющиеся сторонниками реакционно-консервативной политики, суть которой состоит в сохранении абсолютизма. Но есть и реформаторы, выступающие за коренное изменение общественных отношений и построение демократии. К реформаторам можно отнести подавляющее большинство нашего общества.

"АЗЕРБАЙДЖАН - ЭТО ВКУСНЫЙ ПИРОГ"

- А чем вы объясняете то, что большинство общества - реформаторы - стали жертвой политики кучки консерваторов?

- Изменения ситуации можно добиться не прихотями недовольной части населения, а реальным сопротивлением общества. К сожалению, коэффициент сопротивляемости нашего общества не выше, чем у среднеазиатских народов. Лишь 50-100 тысяч людей в этой стране готовы оказать сопротивление реакционерам.

Кроме этого, не стоит сбрасывать со счету и фактор жестокости нашей власти. Азербайджанская оппозиция собирала на митинги протеста гораздо больше сторонников, чем лидеры грузинского оппозиции. Но грузинские власти не расправляются так жестоко со своим народом. В Тбилиси оппозиция собрала на площадь несколько тысяч человек, и Э.Шеварднадзе тут же обратился к своим оппонентам с предложением о диалоге. А что заявлял Г.Алиев? Он говорил своему народу, что "вне зависимости от воли народа мы не сдадим власть, а если сможете, то попытайтесь свергнуть меня. Если же не способны на это, то запритесь в своих квартирах и сидите смирно". Во имя сохранения своей власти Алиевы готовы расстрелять и 100 тысяч людей.

Сложность нашего положения и в том, что за последнее десятилетие коренным образом изменилась международная ситуация. В отличие от прошлого века, ни одно из демократических государств не оказывает поддержку борьбе против авторитаризма. Это несколько шокировало восторженных западников и туркофилов. Но этот поворот заложил основу для качественно нового этапа борьбы антиалиевского движения, когда приходится полагаться исключительно на внутренние ресурсы. Все зависит от самого азербайджанского народа. И не стоит полагаться ни на Запад, ни на Турцию. Азербайджан сейчас напоминает вкусный пирог, а державы - ненасытных разбойников, борющихся между собой за лакомые кусочки этого пирога.

- Что должна предпринять оппозиция, чтобы организовать массовую борьбу против режима и полностью реализовать потенциал внутренних ресурсов?

- Сейчас в стране очень сложная ситуация. В обществе наблюдается так называемая тенденция отчуждения. Нарушены коммуникации между людьми, общество оторвано от государства. В обществе могут и должны существовать организации, которые на основе идеологии организуют массы на борьбу с правительством. К примеру, профсоюзы. За рубежом роль профсоюзов очень велика. Но в Азербайджане власть препятствует созданию и развитию независимых профсоюзов.

Власть вообще опасается развития неправительственных организаций. Если в других постсоциалистических странах, даже в Грузии и Армении, процедура регистрации НПО отменена, то в Азербайджане крайне сложно зарегистрировать общественную организацию. Большинство организаций действуют без регистрации. Это имеет объяснение. Власть всячески пытается помешать людям объединяться и демонстрирует неприкрытую враждебность к идее солидарности граждан. Алиевы опасаются, что деятельность этих организаций в конечном итоге может завершиться массовыми выступлениями против их режима.

Поэтому только политические партии были способны на организацию движения сопротивления. Но в последние годы они сильно ослабли и были не способны охватить все слои населения. Но, как бы то ни было, оппозиционные партии - это единственная соломинка, за которую всем нам нужно зацепиться. Партии должны перестроить и усилить свою деятельность. Я не верю, что в кратчайшие сроки оппозиция сможет добиться реального изменения ситуации. Надо готовиться к затяжной борьбе. В ней нет места меркантилизму. Это борьба за спасение Отечества.

"ОППОЗИЦИЯ ГОТОВИЛАСЬ К БИОЛОГИЧЕСКОМУ ДЕТЕРМИНИЗМУ"

- Удастся ли оппозиции сместить эту власть в ближайшие годы?

- Вряд ли. Это очень сложно. В течение долгого времени оппозиционные лидеры и их агитки настраивали население на то, что сразу же после смерти Г.Алиева власть перейдет в их руки. Общество было подготовлено к этому сценарию. И вдруг все ожидания рухнули в одночасье.

Они готовили всех к биологическому детерминизму. Оппозиция полагала, что после смерти Г.Алиева сильные мира сего поддержат в их лице новую демократическую власть. Вышло совсем по-другому. Западу было важно сохранить у власти политическую силу, которая продолжит курс Гейдара Алиева. А оппозиция строила свою деятельность в соответствии со своими ожиданиями.

- С чем была связана эта уверенность оппозиции?

- Они недооценили систему, построенную Г.Алиевым, не учли мощь ее репрессивного аппарата. Клану удастся еще на протяжении нескольких лет удерживать власть в своих руках.

Говоря о Г.Алиеве, я представляю себе образ оборотня, вампира. Его призрак еще долго будет бродить по Азербайджану. Оборотни нападают по ночам, высасывают кровь, а сами жертвы не ощущают этого. Мне кажется, что наш народ еще долгое время не будет ощущать власть оборотня.

В свое время Гитлер приказывал своим солдатам: "Убивайте, я несу за это ответственность!". Г.Алиев пошел по стопам фюрера. Он приказывал убивать, уничтожать, воровать, возлагая всю ответственность на себя.

Избрание президентом И.Алиева не изменило ситуацию в стране. Страной продолжает управлять Г.Алиев. Разве не он до сих пор остается председателем партии "Ени Азербайджан"? Только после его похорон можно надеяться на то, что Ильхам начнет проводить самостоятельную политику и соответственно начнет допускать ошибки. В системе образуется трещина. Но когда начнется этот этап - предположить сложно. Сейчас над каждым госчиновником легко просматривается тень Г.Алиева. Тень диктатора еще жива, и она управляет Азербайджаном.

- Тень Сталина управляла СССР еще 45 лет после его смерти. Сколько придется ждать смерти тени Г.Алиева?

- Во все времена после смерти диктаторов народами управляла их тень. Нужны были годы, чтобы эти тени ушли в историю. Тень диктатора терпит поражение вместе с крушением системы страха. Наш народ победит тень Г.Алиева вместе со страхом.

Мы должны открыть широкий фронт борьбы за свои права. Борьба должна вестись не только в партиях, но и студенческих аудиториях, в религиозных учреждениях, на рабочих местах. Должны быть примеры для подражания. С чего началась борьба в Чили? Режим уничтожил барда Виктора Хару, и вся страна заговорила о нем. Люди исполняли его песни, читали его стихи. У нас нет Виктора Хары. К сожалению, за эти годы мы не смогли создать альтернативную культуру.

- Оппозиция не смогла создать политическую культуру, альтернативную алиевской?

- Да, мы не смогли создать альтернативную культуру. Наша творческая интеллигенция - поэты, писатели, композиторы и художники - влились в ряды консервативной части общества. Они защищали авторитаризм. Почему? Потому что сами являются представителями авторитарной культуры. Эта культура берет свои истоки не от Г.Алиева. В Азербайджане чинопоклонство и любовь к падишаху берет начало с Низами Гянджеви. Даже в рукописях Сабира и Мирзы Джалила трудно найти что-либо о демократии.

Да, у нас были личности. К примеру, Вагиф Мустафазаде. Он был настоящим демократом. Но индивидуальное творчество не переросло в массовую демократическую культуру.

- Азербайджан всегда был страной индивидуалистов. Может, это свидетельствует о том, что в этой стране есть большие предпосылки для либерализма?

- Эта другой индивидуализм, который не имеет отношения к либерализму. Вот возьмем достижения наших спортсменов. Азербайджанские власти представляют победу отдельных спортсменов как массовое развитие национального спорта. Это же абсурд! В малоразвитых африканских странах порой тоже появляются выдающиеся спортсмены, побеждающие на мировой арене, но это еще не говорит о массовом развитии спорта в этих странах. Нельзя путать достижения отдельных личностей и всего общества. В Пакистане есть физик Абульсалам - лауреат Нобелевской премии. Но это еще не говорит о том, что развитие всей физики Пакистана соответствует научному потенциалу этого ученого. Али Салам, Лютфизаде - выдающиеся иранские ученые, добившиеся больших успехов в научных разработках. Но это вовсе не означает, что уровень науки в Иране соответствует их уровню. "ИЛЬХАМ ОБЯЗАН СВОЕМУ БУКСИРУ"

- В начале 90-х годов прошлого века демократические силы попытались противопоставить алиевской политической культуре качественно новую культуру. Но представители этой культуры оказались непоняты обществом...

- Политическая культура является составной частью общей культуры. Новая политическая культура была не воспринята, потому что она заранее была отвергнута мыслящей частью нашего общества. Эти идеи и ценности не смогли укорениться в нашей литературе, музыке, искусстве. Кто из наших писателей исповедовал демократию? Есть ли в произведениях Анара или Акрама Айлисли демократия? В них больше конформизма, отсутствия веры в реформаторство, колебания. Если политическая культура не становится частью общей культуры, то она не приживается и отвергается.

Что зародило борьбу за демократию в США? Борьба за свободу вероисповедания! Люди, чьи религиозные права были грубо попраны в европейских странах, переселились в Америку. И там эти люди создали свободное сообщество. Потому что демократия была воспринята религиозным сознанием людей, требующих свободу. А у нас все было по-другому. Наш шейх-уль-ислам, не дожидаясь решения Г.Алиева, объявил себя пожизненным наместником Аллаха на земле. У нас и в религии установлен режим личной власти и диктатуры. А демократические ценности должны быть восприняты массовым сознанием.

- Некоторые оппозиционные политики все чаще стали высказывать предположения, что И.Алиев может избрать совершенно иной курс и повести страну по пути реформ. Насколько это возможно?

- Несколько лет назад власть попыталась создать новый образ И.Алиева - лидера новаторского движения во власти. Однако Г.Алиев сам жестко пресек эту попытку. Это шло вразрез с официальной пропагандой власти о великом спасителе-реформаторе, который оказался реакционным консерватором.

С другой стороны, мы получили возможность понаблюдать за И.Алиевым в период его предвыборной кампании и деятельности на посту президента. Ему не удалось представить себя как сторонника кардинальных реформ. Новый курс способен провести в жизнь человек, превосходящий по своим личностным качествам И.Алиева. Нынешний президент очень слаб.

Анализируя его выступления, могу уверенно заявить, что И.Алиев не имеет ясного представления для ответа на насущный вопрос - что надо менять? Он не имеет своего лица, и его образ расплывчат. И.Алиев всем обязан своему буксиру - отцу - Г.Алиеву, который тянул его за собой на протяжении всей жизни.

И наконец - пока И.Алиев не освободит себя от тяжкого отцовского наследства - реакционной политической команды, то ни о каких изменениях не может идти речь. А способен ли он убрать эту команду? Нет и еще раз нет! И.Алиев превратился в заложника окружения своего отца. Кто будет проводить реформы? Муртуз Алескеров или Рамиз Мехтиев? А может быть, Кямаледдин Гейдаров?

Канцелярист Рамиз Мехтиев может думать о чем угодно, но только не о реформах. Всю жизнь он был партийным инструктором КП, а сегодня является типичным представителем инструкторов "Ени Азербайджана". Открыв глаза, он увидел тоталитарную систему, закрыв глаза, он грезил диктатурой. И вновь открыв глаза, он увидел авторитаризм. Вся его жизнь и деятельность состоит из реакционных "-измов".

"ГЕРОЕВ БОЛЬШЕ НЕТ"

- Какие основные задачи стоят перед оппозицией на нынешнем этапе?

- Оппозиция должна выйти из шокового состояния. Лидеры должны признать свои ошибки и заявить о готовности начать новый этап борьбы. И должны смириться с главным - с тем, что никто не даст нам избавленья. Надо взять ответственность за судьбу народа в свои руки.

Последние события окончательно очистили наше партийное пространство от представителей "иллюзорной оппозиции". Уже никто не будет связывать себя с обманутыми надеждами и верить в искренность Этибара Мамедова, Лалы Шовкет, Ильяса Исмайлова, Сабира Рустамханлы, Аяза Муталибова. И обществу, и Западу, и экспертам стало ясно, что ни одна из вышеперечисленных сил не опирается на поддержку народа. Многие из них не смогли получить даже 5% голосов избирателей, а сразу же после своего поражения поспешили броситься в объятия к Алиевым. И все они не перестают повторять избитую и бессмысленную тему "диалога". Они не гнушаются даже унижением, ибо понимают, что только унизительная позиция может как-то сохранить их на политической авансцене.

Надо признать, что только две политические силы с достоинством вышли из этой борьбы - Мусават и ПНФА. Власть направила весь репрессивный шквал против "Мусавата". Партия понесла большие потери. Но я уверен, что за короткий срок "Мусават" восстановит свои ряды и вновь бросится в бой. "Мусават" не проиграл, а оказался побежденным в бою без правил. После этих выборов на первые роли выйдет и Али Керимли. Именно он нашел в себе мужество признать победу И.Гамбара. Следующий этап борьбы будет в руках союза И.Гамбара и А.Керимли.

Наконец, последнее. Оппозиционеры должны осознать самый печальный фактор - девальвацию ценности борьбы за справедливость. К примеру, сегодня все с глубоким уважением и признательностью читают журнал "Монитор". Но мониторовцы больше не герои. Потому что героев уже не осталось. Наше общество стало чрезмерно прагматичным и поэтому презирает неудачников. А оппозиционность в сознании людей отождествляется с неудачей. Сейчас оппозиция не в почете, и оппозиционность - весьма неблагодарный хлеб. Оппозиционеры должны преодолеть и этот серьезный психологический барьер, когда осознаешь, что ты взял на себя миссию самопожертвования во имя народа, который не осознает цену этой жертвы.

Оппозицию будут ожидать серьезные лишения, и не исключено, что власть запустит в действие новый маховик репрессий. Но сейчас оппозиционеры не будут поняты. Животный прагматизм образовал серьезную пропасть между малочисленной романтической группой и сотнями тысяч людей, погрязших в своих бытовых проблемах. Сможет ли эта группа, осознавая, что лавров не будет, преодолеть мучительный путь? Это большой вопрос.

Беседовал Э.ФАТУЛЛАЕВ

"Монитор", еженедельное аналитическое ревю, № 40, 06.12.2003