АРХИВ

НЕОИМПЕРИАЛИЗМ

Главным событием уходящего года стали события вокруг Ирака. Свержение власти Саддама Хусейна изменило расстановку сил в регионе, что вызвало озабоченность во многих арабских столицах. Победоносная война в Ираке, осуществленная коалицией во главе с США, не только повысила вес Вашингтона на мировой арене, но и обострила отношения Штатов со многими дружественными странами, прежде всего в Европе.

В самих США царит эйфория - американцы считают себя основателями нового мира. На самом деле происходит закономерный итог - превращение США в классическую империю. Не случайно на закате года в американской прессе появились материалы о необходимости создания имперской армии, а журнал "Тайм" в качестве "Человека года" вывел собирательный образ американского солдата-освободителя.

В качестве ответа американской экспансии Европа пытается создать более эффективное государственное образование на просторах ЕС. А Китай, не вмешиваясь в внешнеполитические дрязги, продолжает наращивать свой экономический потенциал.

САДДАМО-МАЗОХИЗМ

Этот год для Ирака был переломным - в 2003 году закончил свое существование фашистский режим Саддама Хусейна. Ирак в третий раз на протяжении столетия оказался оккупирован иностранными войсками.

Весной 1917 года в Багдад, преследуя турецкую армию, вошли британцы. В мае 1941 года британцы вновь вошли в Багдад, чтобы свергнуть режим четырех полковников, которые хотели создать там опору для нацистской Германии. Сейчас в иракской столице американцы.

Каждый раз оккупирующая сторона преследовала собственные цели. Британцы громили Османскую империю, Уинстон Черчилль в 1941 году не хотел допустить превращения Ирака в базу для Гитлера. У американцев сейчас тоже свои соображения. Под надуманным предлогом (ясно, что никакого оружия массового уничтожения в Ираке нет) они сбросили тоталитарный режим.

Уходящий год ознаменовался окончанием господства в Ираке суннитского меньшинства. Со времен Османской империи во главе всех провинций стояли сунниты. То же самое было и при монархии, то же - и при партии Баас. Хотя сунниты составляют около 20% населения Ирака, но вся административная, полицейская и военная элита была суннитской. Только для приличия наверху держали несколько шиитов (например, одного из вице-президентов), хотя шииты составляют 60% населения Ирака.

Именно потерявшие надежду на восстановление своего господства и привилегий сунниты и составляют костяк нынешнего сопротивления американской оккупации. Никакой всенародной партизанской войны в Ираке нет и в помине. Есть диверсионно-террористическая война в "суннитском треугольнике" к северу от Багдада и в Мосуле, куда Хусейн переселял арабов-суннитов. Теперь они опасаются, что их выгонят, поскольку в Мосуле живут в основном курды и туркманы.

Американцы сделали большую ошибку, распустив иракскую армию: 400 тысяч человек остались без средств к существованию, и часть из них обязательно должна была взяться за оружие. Кроме того, есть еще 500 тысяч сотрудников спецслужб.

Ирак никогда не знал настоящей демократии. Сначала было турецкое господство, потом британское, потом монархия. Власть в Ираке нужно как можно скорее передать в руки иракцев, но для этого необходимо стабилизировать там обстановку. Если это удастся сделать, то прошедший год действительно войдет в историю Ирака как год, когда были заложены основы если не демократии (увы, за время диктатуры была уничтожена лучшая часть населения), то, по крайней мере, мало-мальски приличного и порядочного государства.

ПОХИЩЕНИЕ ЕВРОПЫ

Год назад, в середине декабря 2002-го, европейские лидеры, звеня бокалами с шампанским, поздравляли друг друга с историческим прорывом. На копенгагенском саммите Европейского Союза, казалось, были устранены последние препятствия на пути к окончательному объединению Старого Света. В результате тяжелейших переговоров датскому премьеру Андерсу Фогу Расмуссену удалось склонить Польшу - главного строптивца среди стран-кандидатов - к компромиссу по аграрным субсидиям.

Сегодня понятно, что настоящие проблемы тогда не закончились, а только начались. Минувший год начинался глубоким политическим расколом ЕС из-за иракской кампании США. Заканчивается он провалом брюссельского заседания Европейского совета, на котором так и не удалось согласовать текст конституции.

Крупнейшее в истории расширение (с 1 мая 2004 года в Евросоюз вступают сразу десять государств Центральной и Восточной Европы, Балтии и Средиземноморья) превращает Старый Свет в нечто иное. Еще недавно казалось, что западноевропейский колосс легко переварит страны-кандидаты, благо совокупная экономика новичков равна экономике одной-единственной Голландии.

Однако скоро выяснилось, что в сложной многоуровневой системе не все решает сухая экономическая статистика. Политический баланс, с трудом выстроенный среди 15 стран, пошатнулся, когда к ним добавились еще 10. И едва только амбициозная Варшава возвысила голос за равноправие в рамках Единой Европы, как к ней присоединилась и Испания, место которой в сообществе европейских наций, казалось, давно определено. С подачи новичков восточно-европейцев в ЕС начались серьезные внутренние сдвиги, брошен вызов господству гигантов в лице Берлина, Парижа, Лондона и Рима. И если европейцам все-таки удастся договориться о создании супергосударства, оно будет уже не таким, как планировали 15 лет назад архитекторы нынешней фазы объединения.

Машина европейской интеграции не имеет обратного хода - в этом и ее великая сила, и ее ужасная слабость. Сила - потому что заряженность на постоянное продвижение вперед, постановка все более масштабных задач заставляет находить выходы из самых сложных ситуаций. Слабость - потому что любой сбой грозит крушением всей конструкции.

ДРАКОН НА РАСПУТЬЕ

В уходящем году в Китае сменилось руководство, однако статус новых лидеров остается двойственным. С одной стороны, Китаем фактически правит старый руководитель Цзян Цзэминь со своими приближенными, которых он сумел продвинуть в постоянный комитет политбюро ЦК КПК. С другой стороны, в последних выступлениях новых руководителей в лице председателя КНР Ху Цзиньтао и премьера Вэнь Цзябао присутствует очень критический тон. Настрой их речей сводится к тому, что причина многих нежелательных явлений в экономике и политике - деятельность самой компартии.

Вспыхнувшая весной 2003 года эпидемия атипичной пневмонии резко подняла авторитет нового руководства. Старая партийная бюрократия пыталась скрыть информацию о заболевании, но Ху Цзиньтао и Вэнь Цзябао жестко настояли на обнародовании всех данных. Они призвали народ к борьбе с эпидемией, сняли министра здравоохранения (любимчика Цзян Цзэминя), отстранили от должности еще ряд чиновников, пытавшихся дезинформировать свой народ и все мировое сообщество.

Ху Цзиньтао и Вэнь Цзябао неоднократно выступали за повышение авторитета конституции КНР. Старая гвардия хочет протащить в конституцию выдвинутые пару лет назад Цзян Цзэминем и включенные в устав КПК так называемые "важные идеи тройного представительства". Внутри КПК уже появились силы, которые хотят ввести систему альтернативных выборов в руководящие органы - как на местах, так и в центре. Радикально настроенные коммунисты и беспартийные демократы видят в демократизации ключ к ликвидации или, по крайней мере, ослаблению коррупции в Китае.

В стране, привыкшей к уравнительным лозунгам, увеличивается разрыв между бедностью и богатством. На одном из закрытых совещаний Ху Цзиньтао откровенно заявил, что около 200 млн. жителей Китая остаются за гранью нищеты, 400 млн. деревенских жителей не получают медицинского обслуживания. На подобных совещаниях обсуждают даже самую запретную тему: насколько правильным был социалистический выбор Китая? Что бы ни твердила официальная пропаганда, уже ясно, что Китай социалистическим государством быть перестал.

Момент для обновления Китая уже наступил. Насколько удачно пойдет этот процесс, зависит от того, как сложатся силы в руководстве страны. Важно, что уже в самом Китае есть ветераны партии и работники среднего партийного звена, которые выступают за то, чтобы Цзян Цзэминь покинул пост председателя Военного совета, который он занимает не по праву, и передал его председателю КНР Ху Цзиньтао. Они говорят об этом открыто, не боясь преследований, как это было при Мао Цзэдуне. Китай не застыл в мертвой точке. Он медленно идет по пути дальнейшей демократизации и повышения авторитета конституции, сохраняя свою национальную самобытность.

АРМЯНСКАЯ ТРАГЕДИЯ

Выборы в Армении, а точнее то, что произошло после их проведения, стало наглядным свидетельством факта, что армянская государственность, как впрочем, и вся армянская общественно-политическая жизнь, переживает кризис.

Главной проблемой современного национального состояния армян является кризисное состояние национального духа. Каждый мыслящий армянин в душе понимает, что существуют более чем серьезные проблемы существования его нации. Параметры навалившегося на армян национального кризиса видны невооруженным взглядом.

Выборный кризис лишь приподнял завесу над секретом Полишинеля. А в Армении в результате карабахской войны сложилась прослойка военно-политических вождей - выходцев из Карабаха. Карабахцы в ходе войны выработали особую спаянность и организационную структуру. И это позволило им сегодня взять под контроль общественно-политическую ситуацию в стране. Сегодня именно карабахский клан в Армении сконцентрировал в своих руках непомерные (по армянским понятиям!) административные ресурсы. В стране, где отсутствуют условия для нормального функционирования бизнеса, а экономика находится в руках мафиозных группировок, это привело к полной монополии карабахцев на власть. Р.Кочарян, опираясь на военно-политическую элиту страны, состоящую из его земляков-карабахцев, практически узурпировал власть в стране. Карабахский цикл замкнулся.

РЕВОЛЮЦИЯ РОЗ

На закате года приятно удивили наши соседи. На попытку Шеварднадзе, ободренного бакинскими событиями, узурпировать политическую власть в стране, оппозиция прибегла к акциям массового протеста. Независимый телеканал "Рустави-2" плюс политическая воля лидера грузинской революции Михаила Саакашвили сделали невероятное - Шеварднадзе ушел в отставку, а избрание Саакашвиди президентом на выборах 4 января - простая формальность.

Грузия - единственная из стран Южного Кавказа, в которой российским политтехнологам так и не удалось реализовать свой сценарий. В условиях тотальных поражений демократии на Южном Кавказе пример Грузии показал, что оппозиция может побеждать, но для этого необходимо единство политических сил и поддержка населения.

Конечно, нельзя сравнивать ситуацию в Грузии и в Азербайджане. Шеварднадзе так и не смог установить над Грузией тотальный контроль по гейдаровскому типу, но самоотверженность, с которой население этой страны желало перемен, заслуживает уважения. Что бы ни ждало Грузию при новом руководстве, но гражданам страны, ее интеллектуальной элите не в чем себя упрекнуть - они дали стране еще один шанс. Шанс на построение нормального демократического государства.

РУСЛАН ТАГИЕВ

"Монитор", еженедельное аналитическое ревю, № 43, 27.12.2003