АРХИВ

РЕВАНШ МУЛЛОКРАТИИ

Последние месяцы в Иране происходит что-то странное. В стране, считающейся одним из главных оплотов исламского фундаментализма, проходят митинги оппозиции и назревает парламентский кризис. Сто депутатов подают в отставку в знак протеста против действий властей, а всемогущий Совет стражей идет на уступки. Похоже, что устоявшиеся представления об Иране, как о тоталитарной теократической империи, далеки от истины.

На 20 февраля 2004 года намечены выборы в Меджлис - очередной раунд схватки реформистов и фундаменталистов. Страна находится в тяжелом положении. Во-первых, недавно произошло сильнейшее землетрясение в Баме. Во-вторых, продолжается скандал, связанный с разработками ядерного оружия, который расследует МАГАТЭ. В-третьих, США в следующем году вполне может вторгнуться в Иран, тем более что американские войска совсем близко - в Ираке. В-четвертых, экономическая ситуация незавидная - высокая безработица, низкие доходы населения и теневая экономика, доля которой составляет 18% ВВП.

Самым неприятным в политическом кризисе, развивающемся в Иране, является не противостояние между Советом стражей исламской революции и парламентскими реформаторами, а общее тотальное наступление консервативно-ортодоксальных сил. Создается впечатление, что консервативные лидеры всерьез решили взять на предстоящих выборах реванш не только за свое поражение пятилетней давности, но и за все уступки, которые были сделаны реформаторам в последнее время.

Оснований для смены курса у консервативных сил хватает, причем не только внутренних, но и внешнеполитических. Еще года полтора назад западные страны явно отказались от тактики аккуратного заигрывания (чтобы не вспугнуть) со светскими властями Ирана и вернулись к политике жесткого давления на руководство страны. Так есть ли смысл и дальше разводить в стране "демократическую плесень", если она только деморализует население и не может добиться для страны никаких дивидендов на международной арене?

Эта тенденция начала развиваться в ответ на военную операцию в Ираке и систематические атаки администрации Буша на руководство Ирана, от которого требовали, в общем, того же, чего не дождались от Саддама Хусейна: прекращения ядерных программ, ликвидации оружия массового поражения и проч. И все это на фоне последовательных попыток светской части руководства Ирана хоть как-то продолжить диалог с западными демократиями.

Несколько американских ракет, упавших на территорию Ирана весной этого года, сделали для роста фундаменталистских настроений гораздо больше, нежели вся агитация религиозных лидеров, давно выражавших беспокойство в связи с ростом популярности светского президента Ирана Мохаммада Хатами, брат которого Реза Хатами в течение пяти лет возглавлял фракцию реформаторов в иранском парламенте. За это время консервативные силы потеряли практически все рычаги влияния, уступив реформаторам большинство постов в правительстве и право управления регионами.

Незыблемыми остались лишь авторитет духовного лидера аятоллы Хаменеи, имеющего по иранской конституции право "последнего слова" почти по всем серьезным вопросам Совета стражей Исламской революции, да контроль духовных лидеров над почти миллионной армией. За пять лет наступления реформаторов дело дошло до того, что студенты, устроившие массовые демонстрации в центре Тегеране, добились отмены смертного приговора одному из своих преподавателей, и даже духовные лидеры стали публично выступать против "вмешательства духовенства и консерваторов во все сферы государственной жизни".

Наибольший резонанс среди подобных сюжетов получила демонстративная отставка верховного имама города Исфахан 76-летнего аятоллы Джалеледдина Тахери, являвшегося учеником покойного вождя исламской революции имама Хомейни. Свою отставку аятолла Тахери еще и прокомментировал в открытом письме, где прямо выразил свой протест не только против "охватившей Иран волны коррупции на всех уровнях, хаоса, взяточничества, чудовищной пропасти между бедными и богатыми", но и против стремления духовенства сохранить за собой контроль над всем происходящим в стране.

Стоит ли удивляться, что накануне назначенных на 20 февраля парламентских выборов духовные лидеры попытались "перевернуть стол", отстранив от участия в них практически всех политиков-реформаторов? Спровоцированный этим решением парламентский кризис подогревался, с одной стороны, членами правительства и губернаторами, которые все как один встали на защиту реформаторов, а с другой - непримиримой позицией Совета стражей Исламской революции.

Крупнейшая реформаторская партия Ирана "Иранский исламский фронт участия" объявила о намерении бойкотировать парламентские выборы. При этом, по словам ее лидера Резы Хатами, "партия не будет участвовать в выборах, даже если Совет стражей революции пересмотрит свое решение о запрете участия в выборах более чем 6 тыс. кандидатов". Этому демаршу предшествовали требования перенести выборы, поддержанные главой МВД, который отвечает за их подготовку и проведение. Слоган - "выборы 20 февраля нелегитимны" становится все более популярным среди реформаторской элиты Ирана.

"Конституционный нарыв" образовался 11 января. В этот день Совет стражей исламской революции, куда входят 12 богословов, объявил об исключении из списка кандидатов в депутаты парламента 3605 человек из 8157 имевшихся в наличии. Действительно, Совет обладает полномочиями зорко следить, чтобы в светские органы страны не просочились враги ислама. На предыдущих выборах, которые проходили 4 года назад, Совет воспользовался этим правом, и большого шума не было. Но тогда было запрещено избираться шестистам "неблагонадежным". И каждый отказ был сопровожден письменной мотивацией. Теперь же и число возросло в 6 раз, и не было дано абсолютно никаких разъяснений.

Хотя, конечно, и без разъяснений все понятно. В прошлый раз выборы выиграли реформистски настроенные партии. На сей раз ортодоксы решили этого не допустить, вычеркнув из списков сторонников президента Хатами. Среди дисквалифицированных - 80 ныне действующих парламентариев, в том числе и лидеры различных групп меджлиса. Стражи запретили избираться даже вице-спикеру парламента и лидеру самой крупной из реформаторских партий Мохаммеду Реза Хатами, брату президента Ирана.

Около сотни парламентариев начали три недели назад сидячую забастовку, обосновавшись в стенах меджлиса "до победного конца". Параллельно с этим и спикер парламента Мехди Кярруби, и правительство, и региональные исполнительные органы начали добиваться справедливости.

Все 27 губернаторов иранских провинций заявили, что выйдут в отставку, если стражи революции не пересмотрят свое решение. И 12 из них, действительно, через некоторое время объявили Хатами о своем решении уйти с постов. Однако президент эти отставки не принял. Тогда на Хатами начали давить, требуя, чтобы ушел он. Отставкой начали грозить и несколько министров, среди которых наиболее активную позицию занял министр внутренних дел. В конце концов на прошлой неделе Совет стражей "смилостивился", разрешив участвовать в выборах 1200 кандидатам, то есть одной трети от вычеркнутых из списков.

Однако эта подачка не была принята. Министр внутренних дел Мусави Лари, на которого возложена ответственность за проведение выборов, обратился в Совет с требованием перенести сроки голосования (оно намечено на 20 февраля) с тем, чтобы разрешить возникший кризис. Совет ответил отказом, мотивируя это тем, что все идет по плану и "да восторжествует исламская революция".

Как только Хатами слег в прошлую субботу в больницу, его функции начал исполнять Мусави Лари. Причем более решительно чем Хатами, которого называют "иранским Горбачевым". Он тут же принял отставку всех пожелавших уйти губернаторов. Спикер парламента Мехди Кярруби обратился к духовному лидеру аятолле Али Хаменеи с просьбой вмешаться и разрешить создавшуюся в стране ситуацию.

Духовный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи распорядился пересмотреть решение Совета стражей исламской революции, который запретил многим кандидатам от реформистских партий участвовать в парламентских выборах. Об этом было объявлено по итогам встречи Хаменеи с президентом Ирана Хатами. Пересматривать избирательные списки будет министерство разведки, находящееся под контролем реформистского правительства. В связи с этим ожидается, что большинство кандидатов, отстраненных от выборов, получат возможность баллотироваться в парламент.

Вместе с тем аятолла Хаменеи отказался выполнить другое требование реформистов и отсрочить проведение парламентских выборов, чтобы партии получили больше времени для проведения предвыборной кампании. По решению духовного лидера Ирана, голосование, как и планировалось, пройдет 20 февраля.

Обстановка в Тегеране накаляется. В воскресенье на мирную демонстрацию, поддерживающую реформаторов, напали ортодоксы. В результате пятеро демонстрантов попали в больницу. По опыту пятилетней давности, когда в результате бойни убили восьмерых студентов, можно предположить, что добром это дело не закончится.

У обеих противоборствующих сторон шансы на благополучное разрешение конфликта невысоки. Бойкот выборов приведет к уходу с политической арены хатамистов. Но это обернется большими неприятностями и для ортодоксов, которые вряд ли смогут эффективно распорядиться исполнительной властью. И, следовательно, доведут дело до экономического кризиса.

В данной ситуации, пожалуй, лишь один аятолла Хаменеи способен подвигнуть вошедших в клинч противников к поиску взаимных компромиссов. Правда, его, несомненно, раздражает то, что нынешнее правительство слишком уж идет навстречу Западу.

В общем, Иран в кризисе. Суть проблемы в том, что за прошедшие 25 лет богатая нефтью страна зажила совсем не так, как Саудовская Аравия или ОАЭ, и приобрела крайне неповоротливую политическую структуру - кроме религиозного руководителя, есть еще избираемые президент и однопалатный парламент, Координационный совет и Совет стражей исламской революции, представляющий собой "богословское политбюро". И все большее количество иранцев начинает понимать: проблемы их страны, скорее всего, созданы не внешними врагами (будь то Америка или мировой сионизм), а рождены внутри Ирана - его неповоротливой экономической и политической системами.

УЛЬВИЯ САТТАРХАН

"Монитор", еженедельное аналитическое ревю, № 47, 07.02.2004