АРХИВ

ОТ МОСКВЫ ДО САМЫХ ДО ОКРАИН

Большинство доморощенных экспертов и политологов, в том числе и в журнале "Монитор", сходятся в одной, крайне нелицеприятной для нас мысли. Азербайджан, по их убеждению, - страна беспрецедентная, и посему протекающие в ней политические процессы носят соответственно именно такой же беспрецедентный характер.

Посылка об исключительной национальной самобытности азербайджанцев очень удобна, но, к сожалению, абсолютно антинаучна. В конце концов, законы политики, так же как и законы физики, никто отменить не в силах. Законы природы имеют обязательное действие, и никто на голове не ходил и ходить не сможет, вне зависимости от того - признает ли он гравитацию или нет. Поэтому рассматривать политические процессы, опираясь на подобную посылку, контрпродуктивно по той простой причине, что логика в этом утверждении не присутствует.

Любой анализ, тем более политологический, обязан опираться на факты и тенденции, имеющие четкую причинно-следственную связь. "Азербайджанская беспрецедентность" этому критерию никак не соответствует, а присутствует исключительно в логических умопостроениях экспертов, но не как элемент конструкции, а как некий фантом, который необходимо принимать как аксиому и, опираясь на нее, строить политологические конструкции.

В то же время очевидно, что подобный подход облигатно порочен и не приводит к выявлению главной цели - истинного состояния политических конструкций Азербайджанской Республики. Но стоит только присмотреться к процессам, протекающим в соседних странах, которые переживают те же исторические процессы, что и Азербайджан, как становится понятно, что миф об "уникальности политического пространства Азербайджана" и "эксклюзивности" идущих в нашей стране процессов не имеет под собой никаких оснований.

На всем просторе, где некогда была Российская империя, а затем Советский Союз, за редким исключением идут одни и те же политические процессы. Они обусловлены не только общностью судеб проживающих там народов и их общим менталитетом, но и порождены политическими реалиями.

Развал СССР не был исторически изолированным явлением. Он был предопределен как неэффективностью самого советского строя, так неэффективностью русской колониальной политики. В итоге после распада страны курс бывших союзных республик, несмотря на то, что они начали самостоятельное плавание, проходил по одному и тому же фарватеру.

Исключение составляют только прибалтийские государства, но во-первых, они на 20 лет были исключены из общего советского процесса, во-вторых, обладают самодостаточной политической культурой, и в-третьих - обеспечили себе внешнеполитический патронаж. Так, Эстония находится в зоне ответственности родственной ей Финляндии, Латвия - в зоне ответственности Швеции и так далее. И еще один фактор - это политическая ориентация их граждан. СССР так и не смог изменить во многом негативное отношение коренных жителей Прибалтики к себе.

Все остальные страны в той или иной мере повторяют одни и те же политические процессы. К примеру, через период экономической разрухи и политического хаоса прошли все страны, а в некоторых это вообще спровоцировало гражданскую войну.

После кратковременного периода национальных диктатур (этой участи избежала лишь Россия) в странах СНГ наступил период реставрации. Старая бюрократия восстанавливала свои потерянные позиции. Первыми в этом процессе были Грузия и Азербайджан. Только потом к ним присоединились Таджикистан, Киргизия, Молдова и другие.

В этом списке, казалось бы, особняком стоят Казахстан, Туркмения и Узбекистан. Там политическая власть оставалась в руках тех же сил. Представители партийного руководства плавно перетекли в органы исполнительной власти. Но это хотя и позволило этим странам избежать серьезных политических потрясений, но привело к тому, что там сформировалась неэффективная затратная экономика.

Сегодня практически все страны СНГ испытывают одну и ту же проблему - отсутствие преемственности политических элит. Структуры, воспроизводящие политические элиты, уничтожены, а новых, способных на аналогичную роль, так и не появилось.

Политическая жизнь всех без исключения стран СНГ удивительно похожа. Однопартийная система, когда только одна партия - партия власти - сохраняет тотальный контроль в политическом спектре. Все остальные партии, не имеющие ни социальной базы, ни ресурсов, обречены на фантомное существование. Выбор у них невелик: или подбирать объедки с царского стола, или превратиться в маргиналов.

Связь между обществом и политическими партиями отсутствует. Монополия на власть со стороны одного человека уже не вызывает удивления. Если раньше сама возможность пожизненного правления казалось крамольной, то сегодня это уже политическая обыденность.

Азербайджан стал пионером в процессе престолонаследия. Впервые, начиная с 1917 года, на просторах СНГ власть передалась по наследству от отца к сыну. И соответственно, за Азербайджаном последуют и другие. Так, дочь президента Назарбаева - Даригша - уже заявила о своем желании наследовать отцу. Словом, то, что еще вчера казалось возможным только на Гаити или в Индонезии, сегодня является для стран СНГ почти нормой.

Интересно, а почему общества, так яростно боровшиеся за свои гражданские права в конце прошлого века, ныне индифферентно относятся к своему национальному будущему? Причина проста и очевидна - ни одной из стран СНГ так и не удалось построить гражданского общества. Ни одна из стран так и не стала пилотным объектом по построению демократического общества.

Западу не удалось обуздать бюрократический реванш. Из дилеммы - хаос как путь к демократии или управляемость путем возрождения прежней элиты выбор - пал на второй вариант. Запад, смертельно боясь югославского варианта развития в ядерной стране, решил, что демократические ценности вторичны. И бюрократия стала движущей силой на просторах всего СНГ.

Именно бюрократия стала основой для формирования правящих элит. Постепенная концентрация национального богатства в руках лиц, приближенных к власти, соединение в одних руках административных и финансовых потоков породили невиданного мировым сообществом монстра. Даже африканское настоящее темнеет при сравнении с азиопским, поскольку в Африке все же была частная собственность и европейское цивилизующее влияние, в то время как наши чиновники получили полную и бесконтрольную власть.

Но, как оказалось, этот путь - политически тупиковый. Бюрократия не может сама себя воспроизводить. Единственно возможный путь продления жизни этих режимов - передача власти по наследству - неэффективен политически. Бюрократия - не созидающий класс. Это класс-паразит, не способный к самовоспроизводству. Подобно раковой опухоли, он паразитирует на стране, заражая здоровые части государственного организма и тем самым приближая собственную кончину.

Страны победившей бюрократии, к каковым сегодня можно отнести все страны СНГ, лишены политического будущего, ибо у них нет последователей. Ни один бюрократ никогда не создаст условий для роста молодого поколения - это противоречит самой природе этого класса, строящего свое господство на политической безальтернативности.

Сегодня Азербайджан, как почти все его собратья по несчастью, переживает эпоху нового застоя. Новый застой, вернее - отстой, сформировался как адекватный ответ бюрократии на флюиды постсоветского общества, возжелавшего стабильности и понимающего под ней брежневский застой. Последней из стран СНГ к этому виртуальному действу присоединилась Россия.

Но пресловутая стабильность не решает традиционной проблемы азиопских сообществ - отсутствия легитимной и эффективной власти. Демократические институты слишком слабы, чтобы породить элиту, альтернативную традиционной, в то время как бюрократия не способна на политическое воспроизводство. Отсюда и специфика переживаемого нами периода.

В ближайшие пять лет постсоветские общества должны будут дать ответ на вопрос - пойдут ли они дальше путем тяжелых, но необходимых политических реформ или навсегда останутся на задворках политической цивилизации, периодически разделяя печальные рекорды со странами Африки и Азии.

РАСИМ НУРИЕВ

Еженедельное аналитическое pевю "Монитоp", № 49, 21 февpаля 2004 г.