АРХИВ

ВОЙНА И МИР

Время от времени азербайджанское общество начинают будоражить слухи о скором начале боевых действий. И тогда народ замирает в ожидании.

Несмотря на долгие годы мира, шок от первой карабахской войны так и не прошел. Утекло много лет - полных страданий и надежд. Надежд на то, что карабахский конфликт можно разрешить мирным путем. Но по прошествии этого срока сейчас уже можно сказать - эти надежды не реализованы.

КАРАБАХСКИЙ ТУПИК

Новый всплеск напряженности вокруг Карабаха спровоцирован внутренним противостоянием в Армении. Армения переживает сегодня кризис - самый серьезный за всю свою новейшую историю. Кризис этот вызван карабахским конфликтом.

За нынешним витком напряженности в Ереване стоит разочарование армянского общества, его осознание того, что Армения неудержимо движется по направлению к национальному кризису. Очевидно, что нынешнее политическое руководство страны - карабахская хунта, которая в основном опирается на мощь вооруженных сил и состоит из членов карабахского трайба, - не в состоянии обеспечить стратегическое развитие Армении.

Моментом истины и точкой общенациональной бифуркации стали события 1998 года. Как показали эти события, армянское общество не готово жертвовать Карабахом не только во имя мира, но даже во имя будущего. Общество, взращенное на маниакальных идеях "миацума" и "геноцида", не в состоянии адекватно реагировать на реальные угрозу самому существованию армянского государства на Южном Кавказе.

Бархатная революция в Грузии привела в движение и армянских оппозиционеров, которые наконец осознали всю тупиковость пути, избранного карабахской хунтой. Отсюда и проистекает основная угроза начала боевых действий. Так, члены карабахской хунты реально осознают, что только развязав военные действия (а точнее - спровоцировав на них Азербайджан), им можно будет решить свои внутриполитические проблемы.

Только теперь становится очевидным, что для Азербайджана потеря Карабаха - вовсе не досадный инцидент, который можно будет исправить в ближайшее время. Сегодня можно констатировать одно - карабахская проблема сплелась в гордиев узел, распутать который не под силу ни руководству двух стран, ни мировому сообществу. Состояние "ни мира, ни войны", многочисленные переговоры, встречи президентов один на один - все это так и не привело ни к какому результату.

Состояние "ни мира ни войны" так и не принесло решения Карабахского конфликта. Возможность мира в Карабахе маловероятна - слишком различны желания сторон. Азербайджан хочет полного возврата Карабаха и оккупированных территорий в свое правовое пространство. Армяне (как карабахские, так и ереванские) настаивают на полной независимости. А мировое сообщество хочет мира и стабильности в регионе. Можно ли достичь компромисса в таких условиях? Вряд ли.

Очевидно, что процесс мирного урегулирования зашел в тупик. Стороны не пришли ни к какому соглашению и поэтому всю ответственность возложили на международных посредников. Обе стороны хотят, чтобы международное сообщество решило эту проблему и навязало сторонам мирное соглашение.

У ВОЙНЫ НЕДЕДСКОЕ ЛИЦО

"Гейдар Алиев - плохой отец" - ко всем прочим многочисленным недостаткам покойного экс-президента теперь смело можно добавить и это утверждение. Он оставил своему сыну страну, так и не решив ни одной из ее стратегических задач. Он спихнул власть на хилые плечи человека, органически не способного к их решению.

Нигде так не проявляется полнейшая некомпетентность Ильхама Алиева, как в карабахском вопросе. Он не знает, что ему делать, и готов винить в провале карабахской политики кого угодно, только не себя.

Мало кто задается вопросом - почему Азербайджан еще в эпоху третьего президента так и не начал боевых действий? Более того, и сам Гейдар Алиев и все его окружение в принципе склонялись к мирному решению проблемы, соглашаясь с тем, что Карабах может быть потерян для страны, но тогда будет сохранен режим личной власти.

В конце концов, цифры не обманешь. Если проанализировать бюджет Азербайджанской Республики за последние десять лет, то приходишь к неутешительному выводу. За эти годы на военно-промышленный комплекс было потрачено не более 14 процентов бюджетных средств, в то время как на правоохранительные органы - более 30 процентов. Это весьма недвусмысленно говорит о том, что эта власть никогда не хотела защищать Азербайджан, но всегда хотела защищать только саму себя.

К тому же велика была возможность негативного развития событий. Почему-то, рассматривая возможность войны, эксперты и военные говорят о ней так, словно победа у нас уже в кармане. Хотя ни наше нынешнее состояние, ни опыт ведения военных действий в период первой карабахской войны не оставляют места для подобных шапкозакидательских тенденций.

Говоря о войне, мы всегда подразумеваем скорую и быструю победу. Хотя подобный порочный подход уже неоднократно приводил к тяжелейшим результатам. В отличие от обывателей, лицам посвященным очевидно, что боевые действия в Карабахе - отнюдь не прогулка. Контролируя стратегические высоты в Карабахе, армяне организовали эшелонированную многоступенчатую сеть оборонительных сооружений, их минные поля заграждения тянутся на десятки километров.

А что будет, если не готовая к обороне азербайджанская армия на стратегических направлениях упустит инициативу? Тогда армяне на Геранбойском направлении выйдут к Гяндже и отсекут от страны всю Гянджебасарскую зону. И под угрозой захвата окажется большая часть Азербайджана. Помимо всего прочего, по этой территории проходят стратегические коммуникации - железнодорожное сообщение с Грузией и трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан. Это приведет к национальной катастрофе.

Именно осознание этой простой истины и привело к тому, что при Гейдаре Алиеве практически не велось подготовки к войне. К тому же вооруженные силы были включены в систему глобального разграбления национальных богатств, стали частью мафиозного механизма. Азербайджанская армия погрязла в казнокрадстве. Время от времени общество сотрясают коррупционные скандалы, связанные с хищениями в армии. Но никаких позитивных изменений так и не происходит, а наиболее отличившиеся в казнокрадстве чиновники лишь усиливают свои позиции.

И хотя у нынешней власти было достаточно времени и средств, чтобы создать полноценные вооруженные силы, она этого не сделала. Почему? Это тоже очевидно. Сильная армия - это серьезная угроза власти. А слабая армия, возглавляемая некомпетентным и замаранным руководством, послушна. Армия победившая - опасна вдвойне. Ничто так не провоцирует политические амбиции армии, как военные победы. Нынешний министр обороны бессмертен (конечно, только с политической точки зрения), так как на сто процентов устраивает политическое руководство. С таким министром не стоит опасаться путчей - и это для власти главное. Эта основная заповедь покойного президента, которой его сын будет следовать до конца.

Зато наш бравый министр обороны любит вводить общество в шок своими заявлениями о том, что Азербайджан вот-вот начнет освобождать Карабах вооруженным путем. Иногда о подобном развитии ситуации говорит и высшее руководство страны. И это не может не волновать азербайджанское общественное мнение.

Но чтобы говорить о возможности начала боевых действий, необходимо ответь на несколько весьма нелицеприятных вопросов. И безусловно, наиглавнейший из них таков - КТО БУДЕТ ВОЕВАТЬ?

Вооруженные силы Азербайджана находятся в крайне плачевном состоянии. Несмотря на все широковещательные заверения властей о том, что армия у нас есть, все понимают, что никакой национальной армии у нас нет. А вот то, что есть, армией назвать никак нельзя.

Парадный фасад министерства обороны скрывает отсутствие самых элементарных основ национальных вооруженных сил. В стране существует лишь несколько элитных частей, куда водят гостей и которые показывают по телевидению. Но парадокс в том, что эти "потемкинские бригады" расположены не в зоне боевых действий, а рядом с Баку. Хотя, наверно, не стоит удивляться, что у нас армия такая. Каждая страна имеет ту армию, какую заслуживает. Армия - это общественный институт, и он не может развиваться вне логики общественного развития.

На плечи нашей армии давит тяжесть предыдущих поражений, выводы из которых до сих пор так и не сделаны. Их надо искать и выявлять. Именно понимание того, что первая карабахская была проиграна, потому что общество не оказалось готово противостоять агрессии, и дает пищу для пессимистических выводов по решению карабахского конфликта.

Что сегодня представляет из себя "национальная армия"? Спаянную низким боевым духом группу лиц, принудительно рекрутированных на военную службу. Коррупция пронизала весь армейский механизм сверху донизу. На всех этапах, на всех уровнях управления вооруженными силами царит дух, несовместимый с армейским.

Здесь следует оговориться, что речь идет не о тех честных офицерах, которые преданно служат Отечеству. Речь о сотнях негодяев, которые узурпировали имя офицера и делают все, чтобы армия ассоциировалась исключительно с их бесчестными именами.

Основу офицерского и младшего командного составов составляют лица, не принимавшие участия в боевых действиях. Кадровый рост офицера азербайджанской армии не зависит от его способностей. Большая часть командного состава подбирается по принципу податливости. Несмотря на возросшую управляемость боевых подразделений, большинство офицеров не способно на эффективные самостоятельные действия. Азербайджанская армия унаследовала худшие черты советской армии, сведя личную инициативу офицеров к нулевому уровню.

Нынешняя военная доктрина, а точнее, ее отсутствие - не что иное, как слепок с советской военной доктрины. Не декларируя цели и приоритеты военного строительства, она подразумевает, что врагами Азербайджана являются все соседние страны. В итоге вся военная инфраструктура раздута и неэффективна.

Основой для новой военной доктрины должно стать осознание той реальности, что в ближайшие годы армия нам будет нужна только для двух целей. Первая - восстановление территориальной целостности и предотвращение агрессии со стороны Армении. Вторая - предотвращение перерастания этнических конфликтов в вооруженные.

Для решения обеих стратегических задач нам необходимы маневренные, хорошо вооруженные мобильные группы. В основе вооруженных сил Азербайджана должны быть полностью профессиональные войска быстрого реагирования. В техническом плане необходим отказ от устаревшей советской гусеничной бронетехники, предназначенной для решения военно-стратегических задач на больших равнинных участках местности, и перейти к применению маневренных колесных танков и БТР. В авиации необходимо сделать упор на ударно-штурмовые вертолеты. Учитывая, что большинство возможных столкновений будет проходить в горных и предгорных районах, необходимы специально подготовленные части.

Все это требует колоссального количества денег и трудов. Но на деле все происходит с точностью до наоборот. Приходящие на службу молодые офицеры принудительно вовлекаются в систему коррупции. Происходит это весьма примитивным способом. Прибывший в расположении части молодой лейтенант (в первую очередь речь идет о "особо непонятливых", прошедших обучение вне страны и незнакомых с реалиями нашей воинской службы) получает свое первое назначение. Командование заставляет его принять подразделение с многочисленными недостачами. Как правило, в каждом подразделении не хватает до 40 процентов имущества и вооружения.

Через определенный период подразделение проверяется и недостатки вскрываются, а дело передается в военную прокуратуру. После чего перед молодым лейтенантом встает дилемма: либо заплатить взятку и закрыть дело, либо пойти в тюрьму за чужие хищения. Выбор очевиден.

Деньги на взятку берутся в долг у "старших товарищей", но долг платежом красен, и потому молодой лейтенант просто вынужден включиться в систему казнокрадства и поборов.

Военные лгут, когда говорят о том, что наша армия готова к войне и готова освободить Карабах. В прошлом году наша национальная армия произвела закупку вооружения. Согласно статистическим данным, опубликованным в справочнике "Вооруженные силы-2004", Азербайджаном приобретено 180 противотанковых орудий и всего 1 (один!) танк.

Для специалиста очевидно, что армия, готовящаяся к наступлению (а азербайджанская армия обречена на наступление, поскольку это наши земли оккупированы врагом), не будет приобретать столь большое количество оборонительного оружия, каковым являются противотанковые орудия. И напротив, армия, готовящаяся побеждать, будет приобретать гораздо больше наступательного оружия, в частности танки. То есть статистика наглядно демонстрирует, что азербайджанская армия к войне не готовится, а воинственная риторика министра обороны - ни что иное, как пустое бряцание несуществующим оружием.

ХОТЯТ ЛИ АЗЕРИ ВОЙНЫ?

Но даже не слабая готовность вооруженных сил к военной фазе противостояния является основной причиной несостоятельности призывов к войне. Нет ни одной предпосылки, позволяющей утверждать о том, что это может произойти.

Мы не в состоянии победить, потому что и весь мир не хочет нашей победы. В мире существует устойчивое мнение, что стороны обязаны смириться со сложившимся статус-кво. Международному сообществу нужен мир в регионе. Война означает нарушение идущих процессов.

Главная причина, по которой Запад НИКОГДА не допустит активизации войны в Карабахе - это нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан. До тех пор, пока он будет существовать и пока по нему будут качать нефть, войны не предвидится.

Проблема заключается в том, что при любом исходе боевых действий транспортные энергетические коммуникации будут под угрозой. Если победит Азербайджан, то возрастет угроза террористической опасности. Армянские террористические группы начнут атаки на нефтепровод по всей его протяженности, тем более что во многих местах он проходит по территориям, где компактно проживает армянское население. В случае победы армянских вооруженных сил, сам нефтепровод может попасть в зону оккупации, что полностью дезавуирует все предыдущие договоренности.

Очевидно, что ни первый, ни второй сценарии нежелательны для инвесторов, а значит - и для правительств стран Запада. Азербайджанское правительство не может не знать этого, ибо стремление сохранить мир в регионе было одним из главных лейтмотивов, толкнувших Запад на поддержку процедуры престолонаследия.

Но не только мир не хочет новой карабахской войны. Азербайджанское общество тоже всеми фибрами против подобного развития ситуации. Мне пришлось наблюдать за реакцией простых граждан на очередное воинственное заявление министра обороны. На лицах был неподдельный ужас и от былой лояльности не осталось и следа.

Никто не хочет воевать, ибо понимает всю бесперспективность войны. Ради кого и ради чего воевать? Даже беженцы - те, кто, казалось бы, в первую очередь должен желать скорейшей развязки, не желают ничего предпринимать, а предпочитают устраивать личную жизнь.

Недавно один мой товарищ приобретал недвижимость. При покупке здания одного из НИИ он столкнулся с проблемой: часть здания была заселена карабахскими беженцами. В свое время нынешний владелец здания разрешил им по доброте душевной там поселиться, а теперь, когда он в силу собственных проблем, решил продать приватизированный объект, то чисто по-человечески предложил беженцам откупную сумму, вполне достаточную, чтобы приобрести участок земли в пригородах столицы и построить небольшой дом. Честно говоря, нельзя не оценить благородство этого человека, решившего за счет собственных средств обеспечить своих соплеменников крышей над головой.

Но каково же было его удивление, когда беженцы ему ответили, что никто никуда не съедет до тех пор, пока он не купит им трехкомнатную квартиру в этом же районе города. На наивный вопрос - а почему в этом же районе? - последовал весьма впечатляющий ответ - а нам здешний воздух подходит.

Это была квинтэссенция социального иждивенчества. Услышав этот ответ, я понял, что Карабах незачем освобождать и проливать за него столько крови по той простой причине, что он уже никому не нужен. Самое страшное все-таки произошло - за эти годы беженцы полностью интегрировались в азербайджанское общество и большинство из них, по крайней мере те, кто живет в Баку и городах республики, никогда в Карабах не вернутся.

И тут возникает вопрос - а стоит ли проливать кровь за землю, которая брошена? Войны проигрываются в умах и душах, а не на полях сражений. Франция, например, более 200 лет восстанавливала свой суверенитет над Эльзасом. Если нация проигрывает, но не смиряется с поражением, то тогда остается надежда, а у нас она изначально отсутствует.

Устойчивое нежелание воевать исходит не из национальной трусости, а из нежелания ставить интересы отчизны выше собственных. Грех винить народ в этом, так как власти, узурпировав национальное богатство, присвоили себе право распоряжаться закромами родины и тем самым дали народу понять, что он будет защищать Родину, а они - грабить ее.

Общество готово терпеть эту власть именно потому, что она ассоциируется у него с миром. За эту власть азербайджанцы голосуют не умом и не сердцем, а поротым задом. А войну с поротой задницей еще никто не выигрывал.

ЭЛЬМАР ГУСЕЙНОВ

Еженедельное аналитическое pевю "Монитоp", № 53, 3 aprel 2004 г.