АРХИВ

ГЛАВНЫЙ ТАМОЖЕННИК СТРАНЫ

Эта история началась в первый год Лошади правления богдыхана Поднебесной страны Даогуана династии Цин (1822 год Р.Х.). Тогда престарелый император, недавно вступивший на трон Китая, назначил Хэ Шеня - одного из своих любимцев и друга своего сына - начальником государственной таможни. Это странное назначение вызвало много пересудов при императорском дворе, а расположение звезд на небе и гадание на панцире черепахи было неблагоприятным.

Сам Хэ Шень тоже не очень обрадовался новому назначению - оно не сулило практически никаких выгод. Китай тогда был закрыт для иностранцев, а торговля иностранными товарами разрешена лишь на территории порта Гуанчжоу в ничтожно малом для Поднебесной количестве. Любой чиновник средней руки, занимающийся сбором налогов или поставками вин для двора богдыхана, контролировал больше средств, чем начальник всей китайской таможни Хэ Шень.

Но какой бы непрестижной ни была работа начальника таможни, ослушаться императора было немыслимо, и Хэ Шень приступил к своим обязанностям. Товарооборот был небольшим, основные продукты вывоза - знаменитый китайский шелк и не менее знаменитый чай - продавались считанными тюками. Так же строго регламентировано было и количество ввозимых товаров. Огромная Поднебесная, отгородившись от остального мира пограничными и таможенными барьерами, подобными Великой китайской стене, жила по своим законам, как и тысячи лет тому назад. Попытки европейских держав, ищущих новые возможности для приобретения восточных товаров, вроде шелка, фарфора и благовоний, а также рынки для сбыта своих товаров, добиться изменения существующего положения пресекались.

Но вскоре после назначения нового начальника императорской таможни произошли события, о которых никто не мог и предполагать, о которых не предупреждали звезды и гадания. Эти события оказали сильное влияние на судьбу не только Хэ Шеня, но и всей империи.

К началу XIX столетия англичане завоевали Индию. И границы Британской империи, над которой тогда "никогда не заходило солнце", вплотную подступили к границам Китая. Европейские дипломаты истощили запас уловок и интриг, пытаясь добиться права свободной торговли для своих коммерсантов. Император оставался тверд и не поддавался на их просьбы и даже требования. Тогда наступил черед "дипломатии канонерок" - через десять лет после назначения Хэ Шеня в бою сошлись английский и китайский флоты.

Британцы победили. И император Китая был вынужден подписать указ, дарующий иностранцам право торговли в любой части страны. С закрытостью Поднебесной империи было покончено.

Отмена ограничений на внешнюю торговлю привела к расширению экономических связей Срединной империи, а рост спроса на шелк привел к увеличению его производства. В Китае появились первые крупные шелкопрядильные мануфактуры.

В гостиных европейских вельмож стремительно вошли в моду платья и халаты из китайского шелка, веера, шкатулки, подносы, картины, вазы, статуэтки и разные безделушки, - а посуда из фарфора никогда и не выходила из моды. От больших вельмож моду быстро переняли вельможи помельче, а затем и другие классы и сословия, благо цены постепенно стали доступными.

Товарооборот увеличивался. И сметливый Хэ Шень понял, что если он иногда не обложит таможенным сбором несколько тюков с европейскими товарами, - не бесплатно и тайно от соглядатаев императора, - Сын Неба от этого не обеднеет, зато собственный карман Хэ Шэня пополнится значительно.

Китайские купцы все больше и больше перестраивались на торговлю с Европой и богатели. Богатели и все те, кто имел отношение к этой торговле- в том числе и Хэ Шень. Начальник императорской таможни давно имел свою долю, четко оговоренный процент уже не с нескольких тюков, а с каждого ввозимого и вывозимого товара.

Главный таможенник страны вовсе не был ограниченным стяжателем, как его пытались представить враги. Обладавший музыкальными талантами Хэ Шень, - он отлично играл на разных музыкальных инструментах и даже сочинял песни, которые пели популярные при дворе и в народе певцы, - стал первым китайцем, выучившим английский язык, страстным приверженцем английской культуры, первым англоманом. За его манеру во всем подражать английской аристократии жители поселений европейских купцов прозвали его "китайским лордом".

Торговля сильно выросла, в основном, за счет вывоза, который оставил далеко позади ввоз. Для защиты китайской промышленности были установлены высокие таможенные тарифы на все европейские товары. И чем больше росла торговля, тем больше росла и разница между ввозом и вывозом. Поэтому цена и объемы вывозимых товаров оставались высокими, а разница между экспортом и импортом - большой.

Долго ломавшие голову над этой проблемой английские купцы и политики со временем нашли выход, столь же простой, сколь и подлый. Они стали ввозить в страну опиум, производимый в промышленных масштабах по ту сторону Гималаев, в Бенгалии.

Опиум был известен в Поднебесной задолго до прихода европейцев, был дорог и доступен далеко не всем. А спрос на дешевый опиум в Китае оказался так велик, что результат превзошел ожидания - огромные партии опиума расходились моментально. Оставались довольными все - и англичане, и "китайский лорд". Разница между ввозом и вывозом растаяла, а струйка золотых юаней и лянов, лившаяся в карман начальника таможни, резко увеличилась и превратилась в горный поток. Довольно было и простонародье, получившее возможность курить дешевый опиум.

Конечно, были и недовольные. Например, матери и жены пристрастившихся к опиуму, а также начальники стражи и правители больших и малых областей и провинций, городов и деревень - те, кто по долгу службы следил за правопорядком. Были недовольны некоторые министры и члены императорской семьи - те, кто на деле, а не на словах радел о благе страны. Ведь от массовой наркомании резко увеличилась нищета, выросли преступность, смертность, стало больше несчастий и горя.

Но недовольство людей не могло помешать Хэ Шеню наживаться, в вопросы нравственности он тоже не вникал. Кроме того, как почти всякий человек небольшого роста, он мечтал о большой власти, а с началом торговли опиумом и началось восхождение главного таможенника страны к вершинам власти.

Лао-Цзы сказал: "Лучший правитель тот, о котором народ знает лишь то, что он существует. Несколько хуже те правители, которые требуют от народа любить и хвалить их. Еще хуже те правители, которых народ боится, и хуже всех те, которых он презирает".

Сын Неба не вмешивался в дела управления, мало показывался на людях и проводил большую часть времени в своем гареме, который насчитывал семь тысяч жен, не считая наложниц. Императору приходилось нелегко, но гаремными трудами он значительно увеличил народонаселение Срединной империи.

Хэ Шень окружил своим вниманием и уважением всех членов императорского гарема. Все жены и наложницы богдыхана регулярно получали от него подношения, особо любимые жены - особо драгоценные подарки. А любимейшая из любимых, наложница Фэй-Янь - знаменитая "Ласточка в полете", которую сам Сын Неба называл "Мягкое и теплое царство", получала от Хэ Шеня дары, равные десятой части общих расходов на гарем вместе с уверениями в преданности.

На доходные должности в таможне назначались родственники любимых жен императора и главных евнухов гарема. Хэ Шень также принимал самое активное участие в ночных пиршествах и попойках императорского сына - наследника престола, развлекая его своими талантами. Зная о любви наследника к играм с мячом и состязаниям, он взял под свое покровительство школы древних единоборств у-ушу и тай-ци-цюань. А суровые монахи-воины из знаменитых монастырей Шаолинь и Шаолян вообще относились к нему, как к отцу родному.

Жизнь показала успешность избранной Хэ Шенем политики. Когда император решил сформировать новое правительство, пост премьер-министра был предложен чиновнику, который пользовался наибольшим уважением, - Хэ Шеню. Несмотря на настойчивые предложения императора стать во главе правительства, дальновидный Хэ Шень ограничился скромной по его нынешнему положению должностью - постом начальника таможни, уступив пост первого министра мужу одной из своих бывших наложниц.

Новое правительство отменило все ограничения на торговлю опиумом, а Хэ Шень сосредоточил в своих руках всю торговлю опиумом в Поднебесной и привлек к нему все чиновничество. Опиум проник также в армию - самое постыдное заключалось в том, что здесь в качестве продавцов выступали военачальники.

Став фактически неограниченным правителем Китая, Хэ Шень перенес выработанную им за годы работы в таможне систему подарков и "подношений в знак уважения" на все китайское чиновничество.

Кроме "подношений в знак уважения", важней статьей доходов Хэ Шеня являлась продажа монополий на отдельные виды товаров. Так, одна французская компания получила эксклюзивное право на продажу пороха в Китае. Чтобы увеличить ввоз зарубежного пороха, - и свои доходы, разумеется, - главный таможенник добился того, чтобы производство пороха на территории Поднебесной было свернуто из-за... "невыгодности". Чтобы китайские товары не могли конкурировать с иностранными, были задушены налогами все мануфактуры, созданные бывшим правительством. Запретительных законов в стране становилось все больше, а искусных мастеров - меньше.

Дела на таможне шли великолепно, предзнаменования и гадания большинства жрецов, - их храмы щедро финансировались, - сулили процветание. Хэ Шень был очень доволен - золотой поток юаней и лянов увеличивался, политическое влияние нарастало, его гарем мог соперничать с императорским.

Однако Хэ Шеню не суждено было дожить "до густых бровей и белых волос". Во второй год Петуха правления императора Даогуана, в 1837 году главный таможенник страны неожиданно заразился оспой и скоропостижно умер. Говорили, что это странно, потому что оспой, болезнью бедняков, не болеют знатные и богатые. Также говорили, что все состояние Хэ Шеня перешло к императору потому, что по китайским законам, у него не было сыновей, могущих наследовать ему. И говорили, что это странно, потому что у него было множество жен и наложниц, и еще больше детей от них. Говорили, странно, что не нашлось ни одного сына... Однако мало ли что говорят после внезапной, неожиданной смерти большого вельможи, близкого к Сыну Неба?

Во время подсчета богатств покойного обнаружились, что одна только его наличность составляет 600 миллионов лян, а все состояние - в несколько раз больше. Это вызвало справедливый гнев императора, так как в казне богдыхана, Сына Неба находилось всего 6 миллионов лян. Владыка Поднебесной приказал арестовать и обезглавить всех членов правительства. Сбылись неблагоприятные предзнаменования и предсказания...

Было сформировано новое правительство, которое повело беспощадную борьбу против торговцев опиумом. Через два года после смерти Хэ Шеня в порту Гуандун были конфискованы две тысячи тонн опиума. Эти действия правительства были расценены европейскими державами как посягательства на их права и в том же году Англия начала против Поднебесной войну, которая вошла в историю как "опиумная война". Остальные державы объявили бойкот Китаю.

Первые же военные действия показали слабость китайской армии. Бойкот, объявленный европейскими державами, прекратил поставку пороха и фактически парализовал императорские силы. А многие военачальники, потерявшие опиумные доходы, заняли откровенно предательскую позицию - целые полки и корпуса сдавались без единого выстрела. Не помогло и знаменитое "восьмизнаменное войско" - элитные маньчжурские части, составленные из родичей и земляков богдыхана. Настала пора бедствий...

Над страной нависла угроза полной оккупации иноземцами и император решил прекратить сопротивление. В третий год Тигра, в 1842 году Сын Неба подписал мирный договор, фактически восстановивший торговлю опиумом и превративший Китай в полуколонию англичан. Китай, который превосходил населением всю Европу и Северную Америку, вместе взятые!

Однако на этом бедствия не закончились. Через два года похожие договоры ослабевшей Поднебесной силой навязали французы и американцы.

Всего пятнадцать лет назад Хэ Шень начал с подношений, ничтожных по сравнению с гигантскими масштабами всей Поднебесной, чтобы позаботиться о себе. Его система "подношений в знак уважения" обогатили чиновников, но простой люд нищал все больше. Поэтому по всей стране начались крестьянские волнения, которые переросли в восстание во главе с школьным учителем Хун Сю-цюанем, которое прозвали "восстанием тайпинов". Тайпины предавали огню и мечу дворцы вельмож, поднявшая голову чернь не щадила и убогие хижины.

Воспользовавшись смутой в стране, европейские державы снова начали войну. Богдыхану, Сыну Неба пришлось воевать и против тайпинов, и против внешних врагов. Так была подорвана мощь великой династии Цин и заложена основа их падения. Но на этом смута и бедствия не закончились - на ослабевшую страну то вместе, то один за другим нападали соседи и европейские державы, снова начинались восстания.

Наступили страшные времена, словно Великое Колесо Судьбы повернулось вспять, не делалось различий между потомком знатного рода и простолюдином, землевладельцем и голытьбой, потоки крови на земле отражали пламя пожаров. Прошло почти столетие, прежде чем в Поднебесную сошел мир, но какой ценой? Но это уже совсем другая история...

Что ответил Хэ Шень на Судилище Тьмы, когда повелитель Тайской Горы, грозный владыка Подземного Царства стал спрашивать о деяниях и поступках его жизни, неизвестно. Ведь ученик совершенномудрых, ищущий Путь Истины и рассказавший эту историю, только след на пыли от ног великих мудрецов...

Чингиз СУЛТАНСОЙ, Махмуд СУАНЛЫ

Еженедельное аналитическое pевю "Монитоp", № 54, 10 aprel 2004