АРХИВ

ОТКРОВЕННАЯ ФИЛОСОФИЯ

Самые жестокие тираны всегда начинали свое правление с запрета философских школ. "Философия - очень опасная наука, она учит людей мыслить", - утверждал император Юстиниан, уничтоживший трехвековую сократовскую школу философии. Гейдар Алиев пошел по стопам мировых тиранов, идеологизировав философскую науку и тем самым уничтожив в нашем обществе научное мышление и способность к пониманию того, что происходит вокруг. Результаты налицо - народ воспринимается исключительно как толпа, не несущая никакой ответственности за будущее Азербайджана. Падение нравов, переоценка ценностей, массовая депрессия и всеобщая деградация все больше усиливают в нас чувство глубокого пессимизма, связанного с завтрашним днем. Поэтому философское переосмысление дня сегодняшнего сейчас весьма актуально.

Сегодня гость "Монитора" - профессор философии НИЯЗИ МЕХДИ.

"ВРЕМЯ РАЗБРАСЫВАТЬ КАМНИ"

- В интервью нашему журналу башган "Мусавата" Иса Гамбар признал, что еще не определил конкретный механизм для активизации политической борьбы. Вы долгие годы занимаетесь разработкой концептуальных вопросов в "Мусавате". Поэтому самый актуальный современный вопрос сегодня обращен к вам - как возродить движение сопротивления?

- В первую очередь, я должен напомнить актуальность тезиса о том, что возрождение должно начаться с малого. В свое время я попытался привлечь внимание своих соратников к философии мелких вещей. Мы обычно привыкли мыслить крупномасштабно, событиями, которые в социальной жизни выходят за рамки норм и стандартов.

Нужно начать с элементарных азов демократии. В нынешней ситуации в оппозиции - ограниченности ее материальных ресурсов - сейчас нет возможности для претворения в жизнь глобальных проектов. Многими людьми, обвиняющими оппозицию в бездеятельности, управляют определенные парадигмы. Они привыкли мыслить большими цифрами, гигантоманией и крупными событиями. А ежедневная кропотливая работа, которая закладывает основу для будущих больших событий воспринимается ими как бездеятельность. Это неверная логика, ибо как тогда объяснить крупные успехи "Мусавата" до президентских выборов 2003 года?

До выборов мы собирали камни, а сейчас вновь наступило время их разбрасывать.

- Значит, вы считаете, что на этом этапе партии должны отказаться от своей изначальной задачи - борьбы за власть? Какова же их миссия на нынешнем этапе?

- Порой большие события возникают из незамеченного явления. Серьезная подготовка к борьбе вовсе не означает отказ от борьбы за власть. Речь идет об отказе от иллюзий, что в нынешней ситуации оппозиционная партия сможет прийти к власти демократическим путем. Но это вовсе не означает отказа от борьбы за власть. Партии не отказываются от своей главной миссии.

В отличие от Запада, мы воспринимаем демократию абстрактно. Для нас демократия - скорее всего синоним счастья. А Запад, достигший высокого уровня демократии, в процессе переосмысления пришел к главному выводу - перед демократией стоят очень острые проблемы. Такие западные интеллектуалы, как Фуко, Лиотар и представители "франкфуртской школы" даже стали обвинять демократию. Но не потому, что являются заложниками тоталитарного мышления, а потому что воспринимают демократию совершенно на ином уровне. По их мнению, воля к власти управляет не только обществом и государством. Институт власти вторгся и в систему моды, спорта и даже языка. Эти западные интеллектуалы подвергают серьезной обструкции институт власти и призывают к разрушению в будущем ее скрытых и незаметных форм.

Если проанализировать наше общество, то скрытые формы власти у нас пустили глубокие корни и приобрели крайние формы. Это выражается в авторитаризме в семье, в отношениях между мужчинами и женщинами, родителями и детьми, в моде, телевидении и т.д.

Последние президентские выборы продемонстрировали все опасности, угрожающие нашему обществу. Главная опасность - авторитаризм. Но необходимо раскрыть и другие, невидимые для абсолютного большинства социальные опасности.

"МЫ НА САМОМ ДЕЛЕ БЕССИЛЬНЫ"

- Вы предлагаете пересмотреть ценности, вызвавшие кризис всего общества?

- Я предлагаю изменить парадигмы нашего мышления, которые выходит за пределы переоценки ценностей. Долгое время наше общество ошибочно пыталось скопировать западную модель гражданского общества, при этом не выработав собственных институтов.

Когда марксистская пропаганда утверждала о наличии культа денег в западном обществе, мы отвергали это мнение. Но, столкнувшись с этим культом воочию, мы по-настоящему осознали всю его опасность. Хотя необходимо признать, что именно благодаря этому культу Запад стал богатым и могущественным. То есть, в этом вопросе есть как опасность, так и конструктивное начало. Многие духовные вопросы в мире часто решаются посредством финансовых механизмов. Мы можем проклинать культ денег, но должны понять, что этот культ в определенном смысле управляет даже духовностью.

Долгое время мы не представляли себе, что в западном обществе может существовать коррупция. Но после определенных процессов, я понял, что культ денег перевоспитал западного человека в худшую сторону. Оказалось, что западный человек вполне может в Азербайджане заниматься коррупцией, хотя в своей стране этого опасается из-за мощного общественного и государственного контроля. Мы должны произвести переоценку своих мнений о Западе.

Полицейское государство и несвободное общество могут быть демократизированы под воздействием либо внешних сил, либо национальных элит. Мы долгое время считали, что Запад вынудит нашу элиту демократизировать страну. Кому-то это может показаться признаком бессилия. Но мы на самом деле бессильны - в Азербайджане не сложились институты независимых людей. Потому что независимый человек в первую очередь независим материально. В условиях, когда государство не дает возможности сложиться финансовой независимости человека, не может сложиться и институт его общей независимости.

В нашей стране нет независимых людей, нет независимых судов и полной свободы слова. Как в этой ситуации можно говорить о победе оппозиции на выборах? Это нереально. В этой ситуации можно рассчитывать лишь на поддержку мировой демократии.

"В США ЗАКАШЛЯЛИ - В АЗЕРБАЙДЖАНЕ ПРОСТУДИЛИСЬ"

- Но мировая демократия предложила странам СНГ новую модель авторитаризма - "режим управляемой демократии", о которой очень много говорится и пишется в постсоветских странах. Как бороться с авторитарным режимом, прикрытым демократической оболочкой? Возможно, должна быть выработана новая методология борьбы?

- У меня позитивное отношение к режиму управляемой демократии. В свое время я считал, что правительство Эльчибея должно было претворить в жизнь именно эту модель политического режима. Правда, можно долго дискутировать вокруг сущности этой модели. Сегодня в Азербайджане построена худшая форма управляемой демократии. В России Б.Ельцину удалось построить именно наилучшую форму модели управляемой демократии и добиться определенных успехов.

Почему Запад поддержал эту модель в Азербайджане? В период администрации Клинтона американцы провели в жизнь следующую стратегию - поддержав эту власть, они не допускали уничтожения демократических сил и позволяли им развиваться. Политика администрации Клинтона исходила из этой позиции. А администрация Буша отказалась от этого подхода и допустила полное уничтожение демократических сил.

Я пока не готов исчерпывающе ответить на вопрос - зачем им это было нужно? Но в последнее время я нахожу объяснение изменения позиции США с их внутренним убеждением в том, что в таких странах, как Азербайджан, невозможно допустить катастрофические ошибки. По всей вероятности, в их понимании отличия Азербайджана, к примеру, от Ирака, у нас все можно очень быстро исправить.

Но они не понимают, что если с точки зрения интересов США не произошло никакой катастрофы, то Азербайджан потерпел самое настоящее фиаско. Переиначив известную фразу, можно сказать - в США закашляли и в Азербайджане простудились.

- А может, Ф.Фукуяма оказался прав, говоря о кризисе западного либерализма?

- Я так не думаю. Еще в XIX веке американские политологи ввели в обиход термин "кризис демократии", и в США эта тенденция вызывала серьезное беспокойство. Я давно пришел к выводу, что кризис - это нормальное состояние общества. Мы порой считаем, что в отличие от других моделей общества, демократическое общество - это здоровое общество. Я считаю, что и демократическое общество - это больное общество, но имеющее одну важную особенность - оно постоянно ставит себе диагноз и занимается самолечением.

"ДЕМОКРАТИЯ ПОЗВОЛЯЕТ ЛЮДЯМ СОХРАНЯТЬ ДОСТОИНСТВА, НЕ ПРИМЕНЯЯ МУЖЕСТВА"

- А может в большинстве случаев кризис общества вызывается кризисом духовных ценностей, и демократическое общество - не исключение в этом ряду?

- Сложно ответить на этот вопрос, ибо процесс кризиса может начаться, как с ценностей, так и с самого общества. К примеру, в нашем обществе многими социальными группами управляют ценности, хотя они сами до конца этого не понимают, то есть они не рефлектируют эти ценности. И когда у них начинается кризис ценностей, то они сами этого не замечают. Это своего рода латентная болезнь.

Многие люди в Азербайджане, строящие свою жизнь на основе великих целей и идеалов, тоже испытывают кризис. Ибо они сторонники достоинства. Демократия позволяет людям сохранять достоинство, не проявляя при этом мужества. А в тоталитарном обществе, чтобы завоевать достоинство, нужно подвергнуть свою жизнь большим опасностям. Тоталитаризм требует от людей личного подвига. Жить в этой системе достойным людям очень сложно.

Сколько людей в Азербайджане сегодня пытаются сохранить свое достоинство? По мнению Хикмета Гаджизаде, они составляют всего 10% нашего общества. Можно долго спорить насчет этой цифры, но ясно, что процент людей, готовых бороться за свое достоинство, катастрофически низок. Для этих людей сегодня возник кризис ценностей. В обществе осталось мало тех, кто своей активностью пытается вызвать большие события.

- А может, времена личных подвигов уже давно миновали, и в мире наступили времена борьбы технологий? Бытует мнение, что азербайджанская оппозиция проиграла именно потому, что не смогла выработать технологию успеха...

- Представьте себе: двое играют в карты. У одного много денег, а второй практически играет ва-банк. Тот, у кого много денег, имеет право на ошибку. А каждая ошибка его противника станет для того катастрофической. Между прочим, авторы "Монитора" при осуждении оппозиции не учитывают всех тонкостей этого вопроса.

Почему создалась видимость множества ошибок "Мусавата"? Потому что у этой партии было очень мало ресурсов для борьбы. Любая, даже самая мелкая ошибка "Мусавата" казалась роковой, в то время как большие ошибки властей не влияли на результаты борьбы.

Хочу обратить ваше внимание еще на один факт. Заметьте, многие в Азербайджане накапливают огромные финансовые капиталы для благосостояния своих потомков. Но они не понимают того, что люди постепенно теряют родственные чувства к потомкам. Какие чувства испытывает прадед к своему правнуку? Безусловно, уже не те, что он испытывает к внуку, и уже тем более, не те, что к сыну. Я не могу понять логику людей, которые ради благосостояния своих потомков разрушают Азербайджан? Это - катастрофическая ошибка многих представителей власти.

И, наконец, о какой технологии можно говорить с нашими ресурсами? Ведь мы живем не в равноправном обществе, где оппоненты власти могут конвертировать свои интеллектуальные ресурсы в финансовый капитал. Наши возможности были сильно ограничены. А критика должна опираться на анализ возможного.

- Позвольте не согласиться с вами. Во многих других странах, народные движения, не обладавшие большими финансовыми возможностями, завоевывали сердца людей и побеждали режимы, которые были намного могущественнее алиевского. Можно привести десятки подобных примеров.

- Наилучший пример - это движение Махатмы Ганди. Я понимаю суждение, которое отвергает оговорки и причины, и сводится к вопросу - ты должен был победить, но почему ты проиграл? Я согласен с тем, что лидеры оппозиции были обязаны найти выход из сложной ситуации. Но порой складываются очень тяжелые ситуации.

Почему индийское общество победило? Надо обратиться к духовным истокам этого общества, в недрах которого есть отрицание материальной жизни. А у нас исламское общество. В любых различиях есть как позитив, так и негатив. Но задача любой религии сводится к тому, чтобы человеку было интересно жить с Богом. За редким исключением, наш мусульманин, когда совершает намаз, думает о том, как бы поскорее вернуться к жизни. Ему там интереснее.

Для многих в исламе представляется невозможным находиться, по примеру христианских отшельников, часами или днями наедине с Богом. Чтобы увлечь человека Богом, христиане, как и индусы, стали отрицать материальную жизнь. В средние века христианам даже запрещалось больше трех раз в неделю находиться вместе со своими женами. А что в исламе? Как признавал сам пророк Мухаммед, в исламе нет отшельников, и мусульманину предоставлено три наслаждения - запах, намаз и женщины. Отличие ислама от христианства или индуизма заключается в том, что Бог говорит человеку - я тебе предоставляю этот мир с наслаждениями, и твоя задача - сделать так, чтобы тебе было интереснее с Богом, чем с миром. То есть, в исламе перед человеком поставлена более сложная задача. Но это не означает, что ислам - неудачная религия. Просто путь ислама очень сложен, и многим мусульманам не хватает сил, чтобы вынести тяготы этого пути.

Поэтому философией Ганди нельзя стимулировать мусульманина к политической борьбе.

- Но даже в условиях столь сложного выбора, другие мусульманские народы продемонстрировали свою волю к борьбе. Чем же тогда объяснить феномен исламского лидера Хомейни, победившего абсолютистский режим?

- Я не согласен с этим примером. Иранский шиизм ближе к средневековому христианству, чем к истинному исламу, поскольку беспрестанно преследует цель умерщвления мира, чтобы человеку было интереснее жить с Богом.

Кроме этого, вера иранского народа в религию позволила Хомейни победить могущественный режим шаха. Есть еще один важный момент - в демократических партиях людей связывают не столь тесные узы, как в религиозных партиях. В демократических партиях не бывает федаинов, и следовательно они не так сильно склонны к радикальным формам борьбы. Борьба федаинов вызывает восхищение, но это опасно для развития общества.

- Как вы оцениваете реальность угрозы привлечения протестного электората под знамена исламского движения? Ослабление светских оппозиционных партий может в значительной степени усилить фактор сопротивления клерикальных сил, не так ли?

- Я очень негативно отношусь к усилению этой угрозы. Но не думаю, что исламское движение у нас может выразиться в столь больших масштабах. Все же советский период наложил глубокий отпечаток на массовое сознание азербайджанцев, да и укоренение западных ценностей тоже исключает этот путь. В ближайшие десять лет не стоит ожидать возникновения этой опасности.

"ВСЕ МЫ ПРИШЛИ К ДЕМОКРАТИИ СО СВОИМИ ПОДЛОСТЯМИ"

- Общество разделилось в своих оценках первопричин наших бед и поражений. Если часть общества видит главную причину национальной катастрофы в политике Семьи Алиевых, то вторая часть убеждена, что каждый народ заслуживает свое правительство. По мнению второй части, Азербайджан обречен на политические и социальные катаклизмы, ибо потенциал и менталитет нашего народа не позволяют построить цивилизованное государство. А какой точки зрения придерживаетесь вы?

- Формулировка "народ заслуживает свое правительство" верна в том случае, если правительство избирается самим народом. В противном случае, который мы наблюдаем у себя в стране, с этой точкой зрения нельзя согласиться.

Марксизм всегда придавал роли народа приоритетное значение. Но не следует путать понятия "народ" и "толпа". Хотя иногда народ выражается в форме толпы, и наоборот - толпа в форме народа. У каждого народа есть носители подлости и добродетели. Повторю слова отца американской демократии - "Все мы грешники". Можно апеллировать как подлыми, так и славными чертами народа. Да, некоторые из нас часто могут заложить товарищей, позавидовать успеху другого. В любом человеке есть зависть. Но независтливый человек отличается от завистливого тем, что он борется с этим чувством и не считает зависть добродетелью.

Для Азербайджана очень актуальна альтернатива - либо страной будут править в угоду личной выгоде Семьи Алиевых, опираясь на самые худшие черты личностей и народа, либо опираясь на лучшие черты народа, будут служить добру и строить демократию. Последние процессы доказали, что у сторонников худших черт народа гораздо больше возможностей, чем у представителей второго подхода. Но что делать дальше - остановиться, прекратить бороться?

Проблема в том, что невозможно остаться чистым и среди тех, кто борется за добро. Речь идет не о клинически чистой добродетели, а о том понимании, что все мы пришли к демократии со своими подлостями.

Красота демократии в том, что при ней столкновения между различными силами не разрушают общество, а развивают его. Надеюсь, что, опираясь на добродетели нашего народа, можно построить демократию, которая откроет путь к созиданию и развитию.

Беседовал Э.ФАТУЛЛАЕВ

Еженедельное аналитическое pевю "Монитоp", № 61, 19 iyun 2004