АРХИВ

ЦЕНООБРЕЗОВАНИЕ

То, что азербайджанский бюджет является нефтезависимым, ни для кого не секрет. Еще долгие годы именно цены на черное золото будут формировать доходную часть национального бюджета.

Азербайджан в этом отнюдь не оригинален - бюджеты практически всех нефтедобывающих стран формируются подобным образом. К примеру, бюджет России в значительной мере - до 40% - формируется именно за счет нефтедолларов. Так же очевидно, что повышение цен на нефть приводит к росту доходов национального бюджета, в то время как снижение цен автоматически загоняет экономику в коллапс.

Для того, чтобы ограничить негативное влияние скачков цен на нефть, нефтедобывающие страны прибегают к установке фиксированных цен на нефть. Это позволяет стабильно рассчитать доходы бюджета и избежать бюджетного дефицита. Как правило, фиксированная цена на нефть устанавливается в зависимости от текущих цен на этот продукт, а также от прогнозов аналитиков. Потому что занижение фиксированной цены на нефть также не является положительным фактором для национальной экономики.

Азербайджанское правительство весьма осторожно подходит к вопросу фиксированной цены на нефть, закладываемой в бюджет. Если в позапрошлом году эта цифра составляла 19 долларов, то в следующем году поднялась всего на доллар и составила 20 долларов. И это при том, что все это время цена на нефть на мировых рынках колебалась в пределах 28-30 долларов. В бюджете следующего года (по данным, озвученным министром финансов Авезом Алекперовым) предполагается сделать расчетную цену на нефть - 21 доллар за баррель. И это в то время, как реальная цена нефти превысила 50 долларов за баррель, а мировые аналитики предрекают в недалеком будущем цену равную и 100 долларам за баррель нефти.

Осторожность азербайджанского правительства в подходе к цене на нефть представляет чрезмерной. К примеру, его российские коллеги рассчитывают бюджет страны, исходя из цены 28 долларов за баррель, да и то Госдума РФ призывает довести эту цифру до 30-ти. Хотя возможно, что наше правительство более пессимистично настроено, чем российское, и считает, что цена на нефть в ближайшее время снизится.

Правда, в этом случае мнение нашего правительства радикально расходится с мнением большинства мировых аналитических центров. Практически все эксперты предрекают дальнейший рост цен на нефть.

Причины, провоцирующие рост цен на нефть, очевидны и лежат на поверхности. То, что происходит с нефтью, легко объясняется при помощи классических, выведенных еще Адамом Смитом, уравнений. С одной стороны наблюдается уменьшение добычи нефти. С другой - США и их союзники никак не могут обеспечить стабильность в Ираке - стране, обладающей вторым по запасам нефтепотенциалом в мире.

Как показывает анализ, рост цен, подобный тому, который сейчас испытывает мировая экономика, бывает спровоцирован какими-то серьезными потрясениями. Так, первый взлет цен на нефть произошел в 1974 году, когда страны ОПЕК наложили эмбарго на экспорт нефти. Следующий взлет связан с революцией в Иране в 1978 году. Нынешний - с началом иракской кампании.

В то время, как нефтяные цены более чем эластичны в сторону роста, их эластичность в обратном направлении характеризуется значительно более низкими значениями.

Нынешний рост спровоцирован не только оккупацией Ирака, но и политическими потрясениями в странах крупнейших нефтеэкспортерах. Так, несмотря на победу в референдуме, положение лидера Венесуэлы Уго Чавеса остается нестабильным. Плюс к этому разрушительные процессы в России: теракты и дело ЮКОСа тоже положительного влияния на нефтяные цены не оказывают.

Добыча сокращается, в то время как потребление нефти стремительно растет. В первую очередь это относится к крупнейшей экономике в мире - экономике США. В этом году федеральная резервная система США уже дважды повышала ставку реинвестирования, что означает, что американское правительство хочет притормозить темпы роста экономики. В США потребляется каждый четвертый баррель нефти, добываемый в мире. То есть, США потребляют четвертую часть всей добываемой нефти, а к 2010 году эта цифра будет равна трети всей добываемой нефти.

К росту потребления нефти в Северной Америке необходимо прибавить и учесть рост потребления нефти в Юго-Восточной Азии и Китае. В Китае этот рост уже привел к тому, что правительство КНР всерьез озаботилось созданием резервных запасов топлива. Китай предполагает закупить и зарезервировать около 1 миллиарда баррелей нефти.

Так что, налицо классическая ситуация - потребление нефти и нефтепродуктов растет, в то время как производство стоит на месте. Поэтому очевидно, что в ближайшие годы снижения цен на нефть не предвидится.

Но если это так, то почему азербайджанское правительство закладывает столь низкую цену на нефть в бюджет? И это при том, что азербайджанский бюджет вряд ли вообще можно назвать социально ориентированным. Наше правительство формирует его по принципу остаточности и соответствия расходов и доходов. То есть, государственные расходы - в первую очередь социальные - рассчитываются, исходя не из социальных потребностей, а исключительно из доходной базы. То есть снижение цены на нефть автоматически приводит к снижению уровня социальной обеспеченности.

Минфин объясняет такую позицию тем, что правительство не желает, чтобы ценовые качели ударили по социальному положению граждан. Намерение, что и говорить, благое. Но именно такими намерениями, как известно, и вымощена дорога в ад.

Если присмотреться, то все далеко не так чинно и благородно. Куда поступает разница между суммой, заложенной в бюджет, и реальной стоимостью нефти? В некий резервный фонд. Этот фонд призван аккумулировать сверхдоходы, получаемые из-за высокой цены на нефть, с тем чтобы в случае ее снижения ниже установленной черты компенсировать потери бюджета.

Вот уже три года в этот фонд поступают средства. По словам министра финансов Авеза Алекперова, в нем сосредоточена сумма, равная 276 миллиардам манатов или 60 миллионам долларов. В то время как по нашим - самым скромным! - подсчетам эта сумма должна быть равна как минимум 150 миллионам долларов. То есть в фонде собрано средств в 2,5 раза меньше, чем должно быть. Интересно, а куда делись недостающие 90 миллионов долларов? Неужели на подготовку наших спортсменов к Олимпиаде?

Такой куцый резервный фонд вряд ли сможет компенсировать удар по бюджету, если цены на нефть резко упадут. К тому же этот стабилизационный фонд находится полностью в тени, и его доходы и его расходы не находятся под контролем. Это позволяет министерству финансов, в чьем распоряжении находится этот фонд, весьма вольготно распоряжаться его средствами.

В то время, как наше правительство проповедует бюджетное воздержание и урезает социальные расходы, средства, могущие значительно улучшить положение населения, исчезают в неизвестном или, точнее, известном только властям направлении.

Рафик Мамедли, mammadli@mail.com

Еженедельное аналитическое pевю "Монитоp", № 66, 04 sentyabr 2004