АРХИВ

ЖЕРТВА ЭКСПЕРИМЕНТА

В период общественных катаклизмов на вершине власти всегда оказываются странные люди. Они приходят из ниоткуда и уходят в никуда. Рожденные смутным временем перемен, они принадлежат своему времени. У них нет прошлого и нет будущего, поэтому они сосредотачивают все силы ради того, чтобы реализовать выпавший им шанс. У них нет морали, нет принципов, а есть нечеловеческое желание добиться успеха и занять свое место под солнцем - пусть даже это место принадлежит совершенно другому человеку. Подобные люди ценны именно этой своей способностью.

В своей бессмертной повести "Собачье сердце" Михаил Булгаков вывел классический образ подобного человека. Для того, чтобы усилить гротеск, великий мистификатор Булгаков создает образ классического люмпена, берущего свое происхождение от собаки, которой пересажен человеческий гипофиз. Но эта мистификация никого не обманывает. Всем понятно, что за образом Шарикова неотвратимо стоит образ люмпена.

Появление Шариковых в обществе, где отсутствует общественная мораль, - факт неизбежный. Но даже Булгаков при всей своей склонности к мистификации разместил этот образ в середине социальной лестницы. Гейдар Алиев пошел дальше и разместил своих Шариковых на самой вершине своей политической пирамиды. Для того, чтобы править Азербайджаном, ему жизненно необходимы именно такие люди - нечеловечески преданные и способные на все ради него. Это - целое поколение алиевских политиков, даже их лексикон и манера выступать вызывают у общества аналогии с повестью Михаила Булгакова.

Чтобы понять, для чего необходимо это поколение, нужно постараться понять если не всех, то хотя бы одного - наиболее типичного его представителя.

Писать портрет о человеке, не обладающем характеристиками яркой личности, трудно, почти невозможно. Он типичен до безобразия. Его выступления в парламенте, сдобренные незатейливым сельским юмором, давно стали неотъемлемой частью политической жизни страны. К нему всегда прислушиваются, потому что знают - именно он всегда озвучивает самые смелые заявления Хозяина. Вся его жизнь делится на два этапа - "до" и "после". И если его жизнь ДО встречи с гуру клана неизвестна широкой публике, то его судьба ПОСЛЕ этой встречи - предмет зависти одних и насмешек других.

Он из тех, кто понимает, что всем, чего он достиг в жизни, он обязан щедрой руке патриарха. Мог ли он, мальчишка из села Джахри Бабекского района Нахичеванской автономной республики, которого мать-природа обделила ростом и наделила лицом, представить себе, что в его речь, пестрящую нахчиванизмами, будут внимательно вслушиваться видные политмужи Азербайджана, а сам он не только получит привилегию нажимать на кнопку, но и право подвергать обструкции всякого, кто пойдет против Хозяина?

Почему именно ему доверили эту роль - понять сложно, но можно. Выводя на авансцену политической борьбы с оппозицией подобную фигуру, президент унижает оппозицию, как бы давая ей понять, что ставит их на один уровень. Он не сходит с полос газет именно по этой причине, потому что сегодня ему доверили хаять оппозицию. И он с рвением, достойным восхищения, осуществляет поставленную задачу. Он интересен нам именно тем, чем для экспериментатора-биолога интересна инфузория-туфелька. Типичностью и простотой конструкции. Познавая инфузорию-туфельку, биолог пытается познать таинство бытия. А мы, препарируя личные качества подобного человека, пытаемся раскрыть характер нашей власти, ибо он - плоть от плоти ее.

ЙАПом РОЖДЕННЫЙ

После Гейдара Алиева, партия новых азербайджанцев - это ум, честь и совесть нашего героя. Именно она взрастила его в своих рядах, делегировала в парламент и превратила в пламенного трибуна-алиевофила (он любит всех Алиевых). После ухода с политической орбиты Рзы Ибадова всем казалось, что его ниша "бесноватого дервиша" в Милли меджлисе останется вакантной. Но, как известно, свято место пусто не бывает. И на место выпускника исторического факультета МГУ пришел скромный учитель физкультуры.

Вообще следует отметить тот факт, что учителя физкультуры - это потенциальные политики. В условиях ломовой демократии они становятся просто незаменимы. Придя в партию рядовым членом, наш Герой быстро выдвинулся на партийной работе. В ходе битвы за отмену возрастного ценза он, как и многие другие соратники Гейдара Алиева, был нещадно бит. А так за одного битого двух небитых дают, то его сразу взяли на должность управляющего делами партии "Новый Азербайджан".

В тот период партия занимала скромный подвал рядом с Академией наук, а управление делами партии сводилось к замене перегоревших лампочек. Один из партбонз, бывший ректором высшего учебного заведения, увидев с каким рвением наш герой вкручивает лампочки, предложил ему закончить университет без отрыва от этого важного для партии вкручивания. Далее наш герой был замечен руководством партии и, имея безупречную характеристику (еще бы - истинный нахичеванец, характер стойкий, IQ не превышает допустимой нормы, а нахичеванский акцент звучит почти идеально) возглавил один из ключевых отделов правящей партии. Дальше его ждал парламент и теплое место рьяного борца с оппозицией.

За самоотверженную борьбу и преданность делу клана он был награжден многочисленными преференциями. ЙАП дал нашему герою все, и с его стороны было бы черной неблагодарностью не ответить любимой партии взаимностью. Любовь к ЙАПу вошла в его жизнь настолько глубоко, что он даже женился по партийному принципу - взяв замуж дочь примерного йаповца, экс-спикера парламента, а ныне посла Азербайджана в Китае Яшара Алиева.

СИЯВУШ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

Не будем более интриговать читателей и наконец назовем имя нашего героя. Фамилия у него довольно распространенная - Новрузов. А вот имя весьма редкое - Сиявуш. Своим происхождением это имя обязано великому Фирдоуси. В своей "Шахнамэ" он под этим именем вывел плод взаимной любви Ирана и Турана, объединив в одном лице дуалистичную общность этих народов.

Позже Мамед-Эмин Расулзаде написал римейк "Шахнамэ", который назвал "Сиявуш нашего времени". В ней основатель первой республики нарисовал образ Азербайджана как плод любви Турана и Ирана. Сиявуш у Расулзаде - это герой, олицетворяющий слияние двух великих культур в единое целое. Сиявуш у Расулзаде - это вдохновение, это честь и совесть своего времени.

В противовес Расулзаде Гейдар Алиев вывел своего Сиявуша. Видимо, в этом и проявляется коренное отличие Расулзаде от нашего президента. У каждого из них свой Сиявуш, и сравнивая их Сиявушей, можно понять, что двигало одним и другим.
Имея подобное имя, Сиявуш Новрузов был просто обязан стать символом эпохи гейдаризма. Именно в нем, как в капле воды, отразилась вся кадровая политика Гейдара Алиева, его приоритеты и предпочтения в выборе нужных ему людей. И если Сиявуш Мамед-Эмина Расулзаде - плод любви, то Сиявуш Гейдара Алиева - плод насилия, совершенного над страной.

Сиявуш Гейдара Алиева является полной противоположностью своих литературных тезок. Когда смотришь его выступления в парламенте, на ум приходят абсолютно иные литературные ассоциации. И вспоминается не Фирдоуси, и даже не Мамед-Эмин, а Михаил Булгаков и герой его книги. И как тут не вспомнить Шарикова, если в здравом уме наш герой предлагает "загнать кошек оппозиции на дерево". Неужели прав был старик Фрейд - именно в оговорках человек проявляет свою настоящую физиологическую сущность?

Сиявуш Гейдара Алиева - это типичный пример малоземельного парня, пришедшего в большую политику и так быстро взлетевшего, что он не успел снять галоши. Их нестандартно скроенные фигуры и необезображенные интеллектом фейсы - прекрасный фон для европейски выглядящего президента и его семьи. Они даже сами не понимают до какой степени похожи на тех, с кого Булгаков писал своего героя. Поднятые с самого дна социальной лестницы мощной дланью патриарха, они готовы служить ему верой и правдой, готовы перегрызть горло оппонентам Хозяина.

И хотя эти люди вряд ли читали Булгакова, именно о таких написаны его пророческие слова - "...и лицо поколения станет собачьим".

ИЛЬХАМ АЛИЕВ

"Монитоp", еженедельное аналитическое pевю, No 2, 14 янваpь