АРХИВ

ТРОПОЮ ГРОМА

Переходные периоды, времена войн, междоусобиц, междуцарствий, революций - переживали все народы во все эпохи. Назывались такие времена у всех по-разному. Слово "смута" - русское. Смута - означает смятение. То, что вчера казалось прочным, стабильным, незыблемым, превращается в ничто. Муть со дна поднимается на мутную поверхность. Муть превращается в бродильные дрожжи истории...

ХРОНИКА ПАДАЮЩЕЙ ВЛАСТИ

4 июня 1993 года мятеж Сурета Гусейнова, командира крупнейшей боевой группировки, положил начало системному кризису. Попытка подавить мятеж закончилась плачевно. Правительственные войска были разбиты. Правительство НФА стало распадаться как карточный домик. 6 июня правительство покинул премьер-министр Панах Гусейнов - де-факто президент страны. Войска Сурета Гусейнова подошли к Баку.

9 июня 1993 года в Баку для "консультаций" с пpавительством Эльчибея прилетел Г.Алиев. В результате таких консультаций власть безоговорочно и полностью перешла в его pуки. Через три дня Эльчибей бежал в Келеки, бросив власть и страну на произвол Судьбы.

Падение НФА нельзя рассматривать однобоко. Причины падения нацдековской власти до сих пор недостаточно изучены. Многие и сейчас задаются вопросами: "стало ли возвращение Г.Алиева закономерным итогом кризиса власти?; "что заставило А.Эльчибея и его окружение обратиться за помощью к Г.Алиеву?"; "что подтолкнуло мятежного Сурета Гусейнова к соглашению с прибывшим из Нахичевани Г.Алиевым?"; "была ли возможность у страны избежать того, что произошло?".

РОЖДЕННЫЕ РЕВОЛЮЦИЕЙ

НФА был обречен изначально. Его создание не было результатом логики общественного развития страны. Это был ответ на вызов времени. НФА был создан как попытка многочисленных политических сил и группировок решить свои узкокорыстные интересы. Под широким знаменем "борьбы за попранные права азербайджанцев" нашлось место всем. И испытывающим хронические проблемы c национальным самовыражением интеллигентам, и погрязшим в коррупции теневикам.

Но особое место под знаменем борьбы с армянской агрессией принадлежало гейдаровскому трайбу. После смещения Г.Алиева с руководящих постов в Москве, в Баку начались репрессии. Представителей клана выгоняли с работы, лишали постов, преследовали. И потому появление серьезного движения протеста против властей было единственным путем спасения трайба.

Подобное смешение различных политических сил не могло не привести к формированию аморфной и слабой политической организации. Грех винить в этом руководство НФА. Оно лишь отразило состояние политической культуры азербайджанцев. Слабое общество породило слабый политический авангард. НФА, бывший на первом этапе воплощением борьбы всех азербайджанцев за свои права, ценности, свободу и справедливость, полностью переродился, как только получил в свои руки политическую власть. Он не смог превратиться в эффективно работающую политическую организацию. И поэтому был запрограммирован на то, чтобы создать слабую власть.

СЛАБЫЙ И ЕЩЕ СЛАБЕЕ

Июньский кризис власти стал закономерным итогом 13-месячного правления фронтистов. Правления бесславного, полного поражений и провалов.

А могло ли оно быть иным? Многие считают, что именно НФА несет всю ответственность за события того периода. При этом рассматривают события в локальном отрезке тех 13 месяцев - без учета воздействия на ситуацию многочисленных факторов. Как это ни странно, но НФА лишь продолжил общие тенденции азербайджанской власти конца 80-х - начала 90-х годов. Фронтистов можно обвинить лишь в том, что они не смогли переломить негативные тенденции и позволили им довести дело до логического конца.

Азербайджанская власть слабела с 1983 года - после того, как Г.Алиев покинул пост первого секретаря. На свое место он назначил слабого и безвольного К.Багирова, основная задача которого заключалась в том, чтобы исполнять волю Хозяина.

Но в силу объективных причин, адекватное управление республикой из кресла члена политбюро у Г.Алиева так и не получилось. В республике установилось безвластие. Основной партийно-хозяйственный аппарат вышел из-под контроля.

Снятие Г.Алиева, а затем кадровые перестановки в Баку привели к смещению слабого и безвольного Багирова и к назначению на его место не менее слабого А.Везирова.

Проведший большую часть жизни за рубежом, Везиров не воспринимал проблемы азербайджанского общества, да и сам не был воспринят им. За ним прочно закрепилось прозвище "Бамбылы", а его оговорки стали поводом для многочисленных анекдотов. Его попытки полюбовно "в духе интернационализма" решить армяно-азербайджанский конфликт натолкнулись на глухую стену неприятия со стороны всех слоев общества. И наконец Везиров решил свести счеты с Г.Алиевым и начал чистку онахичеванившегося партхозаппарата (сейчас мало кто помнит, что пик национально-освободительного движения пришелся именно на период активизации репрессий против клана нахичеванцев и выходцев из Армении).

Все вместе, эти факторы не могли не привести к ответной реакции. После событий 20 января на смену слабому Везирову пришел еще более слабый и аморфный А.Муталибов. В упряжку к нему союзное руководство пристегнуло Г.Гасанова, который ушел в открытую оппозицию Муталибову и вел собственную политическую игру.

Муталибов попытался изменить трайбовую структуру общества. В pеспублике всегда наиболее активными считались выходцы из Hахичевани, Аpмении, Гянджебасаpского и Талышского регионов. Эти основные гpуппы сфоpмиpовались пpи СССР и pазделили сфеpы влияния в теневом секторе экономики. Муталибов решил подключить к этому процессу еще и свою трайбовую базу - выходцев из Шиpванской зоны и бакинских деревень. Это не могло не вызвать агрессивной реакции обделенных регионов страны.

Безвольный Муталибов абсолютно не контролировал ситуацию в стране. Только слабый и аморфный человек мог пойти на роспуск полностью контролируемого им Верховного совета и сменить его прогейдаровским ММ. Представьте себе: могло ли случиться так, что Г.Алиев распускает нынешний ММ, а вместо него утверждает паритетный орган, в котором большинство мест принадлежит его политическим оппонентам?! Или другой пример. Муталибов запретил председателю КГБ В.Гусейнову каждый день докладывать ему оперативную ситуацию по причине того, что... "эта информация меня огорчает".

Крах Муталибова был предопределен. В его команде не оказалось личности, способной взять ситуацию под контроль. Окруженный маргиналами и трусами, он убежал из страны, положив начало новой традиции - "побегов президентов в критический момент". Хотя справедливости ради, заметим, что патент на это ноу-хау все же принадлежит его предшественнику на посту первого секретаря - А.Везирову.

Власть, слабая и потерявшая всякую привлекательность, свалилась в руки неготовым к этому лидерам НФА. Которые и продолжили бесславную традицию безвластия.

ТРАГЕДИЯ ЭЛЬЧИБЕЯ

Очередным "смутным" президентом стал А.Эльчибей - человек, не готовый к власти абсолютно. В отличие от своего предшественника, имевшего за плечами богатый опыт партийно-хозяйственной деятельности, у него за плечами не было ничего.

Апологеты покойного второго президента утверждают, что за плечами у него был опыт управления ведущей оппозиционной политической силой страны - НФА. Хотя, как показывают исследования, второй президент не управлял этой организацией. Управлять организациями такого рода практически невозможно. Они подобны стихии и развиваются по заранее заданной амплитуде. Счастье тому политику, который оказался на высоте в момент подъема народной волны, и горе тому, кто дожил до ее спада.

Поэтому опыта политического управления у Эльчибея не было и быть не могло. Показателем этого является то, что он постоянно избегал взять власти в свои руки. Вся полнота власти была сосредоточена в руках его сподвижников. В стране сформировалось множество центров власти, которые все вместе создавали ситуацию неконтролируемого хаоса. Сам президент ничем и никем не управлял, проводя все время в думах о грядущем величии Азербайджана и при этом палец о палец не ударяя ради того, чтобы спасти сегодняшний Азербайджан.

К тому же Эльчибей ухитрился испортить отношения со всеми соседями. Да и как могло быть иначе? В одной из своих речей он заявил, что "РФ обязательно развалится в ближайшее время". В другой - призвал азербайджанцев Ирана "начать борьбу за свои попранные права". Он до конца так и остался романтиком, мечтающим о грядущих молочных реках и кисельных берегах, но не могущим упорядочить собственное окружение. Стоит только вспомнить, что творил его министр внутренних дел Искендер Гамидов.

Искендеpу Гамидову казалось, что он - Робин Гуд, он примитивно полагал, что богатые должны непpеменно делиться с властями. Своими выходками он настроил против власти слишком многих. Он был уверен, что незанятая аpмянами часть Каpабаха - его вотчина. Он добивался назначения глав исполнительных властей, пpокуpоpов, судей, чуть ли не домоупpавов. Hачальников полиции назначал, конечно, сам.

Еще интересный факт. Эльчибей послал его в Кельбаджаp. И вот, сидя на одной из загородных дач, И.Гамидов звонит пpезиденту и важно говоpит: "Я уже пpибыл в Кельбаджаp. Дня чеpез два пpивезу тебе паpу автобусов аpмянских ушей". Наше местное "агентство пpавительственной связи и инфоpмации" сообщает пpезиденту, что И.Гамидов звонит не из Кельбаджаpа, а из пpигоpода Баку.

Hакоpмив всех байками об "аpмянских ушах", он всеpьез pешил аpестовать Г.Алиева и пpивезти в Баку. Его отговаpивали всем миpом, но он считал, что ему выпал истоpический шанс пpославиться. Затем И.Гамидов затеял митинг пеpед посольством Российской Федеpации с пpовокационными лозунгами. Самый впечатляющий из них был такой: "Шония, тебя ждет участь Гpибоедова!". Ему все сходило с рук. Даже избиение журналистов.

Эльчибей уволил зарвавшегося министра только после того, как тот публично оскорбил президента Турции Тургута Озала, бросив ему в спину оскорбление. Не знаю уж, что сказал Озал Эльчибею, но еще до того, как его самолет коснулся посадочной полосы турецкого аэропорта, И.Гамидов был снят с занимаемой должности.

Неспособность адекватного управления страной была очевидна, и поэтому даже самые ярые сторонники Эльчибея обращали свой взор на Нахичевань.

НАХИЧЕВАНСКИЙ ЗАТВОРНИК

Тень нахичеванского затворника всегда лежала на стране. Страна неслась в пропасть, и казалось, что только уверенная и сильная рука хозяина в состоянии остановить губительный путь.

На самом деле Г.Алиев с самого начала контролировал ситуацию в стране. С самого начала митингов его сторонники играли первую скрипку в НФА. Так, на митингах присутствовали Иса Мамедов, пеpвый секpетаpь Hаpимановского pайкома Рафаэль Аллахвеpдиев, министp доpожного стpоительства Рафик Халафов (муж сестры Г.Алиева) и пpочие, чье появление на митингах было не позволительно для номенклатуры. Активистами НФА были коммунисты, впоследствии сторонники Г.Алиева: Муpтуз Алескеpов, Сафияp Мусаев, Яхья Мамедов, Шахлаp Аскеpов.

Большинство лидеров НФА в той или иной форме было связано с алиевскими эмиссарами. С самого начала движения было под контролем Г.Алиева. И поэтому не удивительно, что именно он, увидев, что плоды его политики дали всходы, поспешил на помощь НФА.

Когда в результате вакханалии нацдеков лимит народного доверия к НФА стал иссякать, Г.Алиев подключил "третью силу" - своих главных "агентов политического влияния" - в лице партий "Ени Азербайджан" и Национальной независимости (подавляющая часть окружения Этибара Мамедова - М.Гурбанлы, Х.Рза, Э.Салаев, Г.Гусейнли и прочие - уже открыто проявляли свои симпатии к Г.Алиеву), которые активно подрывали авторитет фронтистов и укореняли в общественном сознании безальтернативность Г.Алиева.

Не стоит сбрасывать со счетов и такой важный фактор, как карабахский конфликт. Карабах был разменной картой в политической борьбе, развернувшейся в Азербайджане. С самого начала конфликта все политические силы в стране прекрасно понимали, что приход к власти возможен лишь через дестабилизацию обстановки в стране, а она, в свою очередь, непосредственно связана с поражениями в Карабахе. Отсюда вывод: каждая политическая партия в отношении Карабаха действовала по принципу "чем хуже - тем лучше".

И когда Г.Алиев достиг сепаратного мира с армянами в Нахичевани, это открыло дорогу армянским победам в Кельбаджаре и Мардакерте. Правительство НФА стало понимать, что выиграть эту войну оно уже не в состоянии, но пойти на прекращение огня тоже не могло. Общественное мнение требовало от властей мира. Страна устала от поражений. Эльчибей же напоминал Керенского, понимавшего губительность мира для страны в стратегической перспективе, но не видевшего иного способа спасти власть. В итоге он сделал выбор и проиграл.

Как на смену Временному правительству пришли большевики, так на смену НФА пришел Г.Алиев, заключивший перемирие, решивший тем самым вопрос власти в свою пользу и заплативший за это Карабахом.

ФРОНТ, КОТОРЫЙ ЛОПНУЛ

Крах народнофронтовской власти - это целый гордиев узел объективных и субъективных причин, приведших, впрочем, к закономерному результату. НФА был обязан повторить судьбу родственных организаций - армянского АОД, прибалтийских Фронтов, грузинского "Круглого стола". Причин краха НФА так много, что стоит рассмотреть их подробнее.

Правительство НФА так и не смогло взять под контроль разрушительные процессы, идущие в стране. В первую очередь не был осуществлен демонтаж прежней политической системы, не были проведены выборы в Милли меджлис. Руководство НФА поверило в искренность депутатов, переметнувшихся к ним в момент майского кризиса.

Но нежелание проводить новые выборы в ММ могло быть связано и с боязнью их проведения. Первым тревожным звонком стали выборы президента, на которых никому неизвестный политик Низами Сулейманов, выступающий с популистских позиций, дал бой (а по некоторым данным - даже обыграл) признанного лидера нацдеков А.Эльчибея. Честные и справедливые выборы в ММ могли привести к созданию менее послушного парламента. О том, что это гарантировало бы невозможность алиевской реставрации, никто так и не подумал.

Еще одна ключевая ошибка правительства НФА - нежелание раскрыть архивы КГБ. Сами фронтисты объясняют это тем, что не хотели "поднимать в обществе волну гражданского противостояния". А злые языки оппонентов утверждают, что фронтистами двигали личные мотивы - большинство из них было на крючке у "конторы". Что из этих предположений правда, а что ложь - так и осталось тайной за семью печатями. Но одно можно утверждать точно - будь архивы открыты, это привело бы к совершенно иному развитию событий.

Еще одной ошибкой властей была опора на поликлановость. Эльчибей совершенно искренне боролся с регионализмом. В результате власть была поделена между представителями всех регионов страны, дабы пpактически все pегионы вкусили от плодов власти. Что самое удивительное: впеpвые за много лет именно во вpемена HФА нахичеванцы были пpедставлены во власти всего двумя людьми - пpезидентом стpаны А.Эльчибеем и министpом налогов Исой Багиpовым.

Клан был непpиятно поpажен действиями Эльчибея, котоpый не лоббиpовал пpодвижение своих земляков, даже pодственников из Оpдубада. Но в результате власть осталась без базиса, потому что каждый клан считал ее чужой. Трайбовая ревность - одна из причин краха Фронта.

Еще одна причина провала - в кадровой политике, точнее, в ее отсутствии. Фронтисты повторили худшие черты большевизма. Назначение на ключевые посты происходило по партийному принципу. В результате в коридорах власти оказались люди низкой человеческой культуры - сантехники, крестьяне, слесари, студенты, которым хватило смекалки вовремя присоединиться к фронде. Подобная кадровая политика сильно роняла авторитет новой власти в глазах населения.

Следующая причина - слабая внешнеполитическая линия. Как уже отмечалось, были крайне ухудшены отношения с соседями - РФ и Ираном. Ставка делалась только на Турцию. Нацдеки, находившиеся под влиянием идей пантюркизма (в особенности этим грешил сам Эльчибей), были готовы ради дружбы с Анкарой пожертвовать не только интересами страны, но и самой страной. Это не могло не вызывать противодействия других региональных держав, которые в свою очередь делали все возможное для поддержки сил, противостоящих правительству НФА.

И наконец коррупция - главная беда Фронта. Большинство активистов, получив в руки властный ресурс, стали еще большими коррупционерами, чем их предшественники. Сам президент А.Эльчибей на совещании заявил: "Сколько можно брать взятки, беки? Вы берете столько, что люди начинают с благоговением вспоминать коммунистов!". Уровень коррупции и казнокрадства достиг невиданных масштабов. Конечно, на фоне сегодняшней коррупции те масштабы кажутся смешными, но сам факт, что новая власть дерет хуже предыдущей, дал народу повод задуматься над вопросом - чем же демократы лучше коммунистов?

УНЕСЕННЫЕ ВЕТРОМ

Все 13 месяцев своего бесславного правления правительство НФА напоминало людей, совершенно не имеющих понятия об управлении государством. Оно допустило столько ошибок, что и десятой их части хватило бы на то, чтобы их свергли. И если бы не было С.Гусейнова, то был бы кто-то другой.

С.Гусейновым двигала логика политического развития страны. Эта власть была обречена - потому что не была поддержана ни одним общественным слоем. Азербайджанское общество не приняло эту власть и отторгло ее так, как человеческий организм отторгает инородное тело. Видимо, это понимал и Эльчибей, который фактически добровольно сдал власть Г.Алиеву.

Г.Алиев не захватывал власть, он ее подобрал. Подобрал с улицы, на которой она валялась. Бегство Эльчибея в Келеки - до сих пор самая позорная страница нашей новейшей истории. Апологеты второго президента утверждают, что тем самым он "избег гражданского противостояния, которое неизбежно возникло бы, если бы он стал цепляться за власть".

Как ни парадоксально, но этот же мотив озвучивают и сторонники двух предыдущих руководителей страны - Везирова и Муталибова. Не слишком ли много толстовцев для одной маленькой страны? В отличие от них, Г.Алиев совершенно не побоялся пролить кровь, когда этого потребовали интересы его власти.

История не терпит сослагательного наклонения, но попытаемся на минуту представить, что было бы со страной, если бы Эльчибей последовал примеру Сальвадора Альенде. Даже в том случае, если бы Г.Алиев руками С.Гусейнова смог решить его судьбу, он никогда не смог бы отмыться от крови убитого им главы государства. И никогда не смог бы заявить - я не хотел власти, вы сами мне ее отдали.

Если бы Эльчибей закончил свою жизнь, защищая вверенный ему народом пост от посягательств мятежников, он вошел бы в историю страны, как первый человек, поставивший интересы страны выше собственной жизни.

Так бесславно закончилось недолгое правление Народного фронта. Правление, которое можно назвать временем краха несбывшихся надежд. Многое можно простить правительству НФА, через многое можно переступить, но только одно простить им нельзя ни за что и никогда - они убили в нас веру. Веру в то, что у нас может быть честная некоррумпированная власть.

Они убили эту веру, а на плечах безверья и в круговороте порожденного их правлением хаоса, на страну опускалась тень. Это была хорошо знакомая тень Хозяина. На страну надвигался ужасный призрак гейдарократии - как расплата за все то, что мы сделали со страной.

ЭЛЬМАР ГУСЕЙНОВ

"Монитоp", еженедельное аналитическое pевю, No 21, 29 may 2003 г