АРХИВ

ПАСЕ УПОЛНОМОЧЕН ЗАЯВИТЬ...

В Страсбурге 26 июня открывается очередная сессия Парламентской Ассамблеи Совета Европы. На ней будет обсуждаться доклад мониторинговой группы ПАСЕ по положению дел с политзаключенными в Азербайджане. Обсуждение этого доклада грозит серьезными проблемами нашей стране, если Азербайджан до 1 сентября не выполнит условий резолюции СЕ.

В немалой степени подготовке этого доклада способствовали наши правозащитники. И сегодня собеседник "Монитора" - МУРАД САДАДДИНОВ, руководитель Азербайджанского фонда развития демократии и защиты прав человека.

- Как известно, в последнее время тема политических заключенных вновь на повестке дня. С одной стороны, власти вроде бы готовят амнистию - перед очередным заседанием Совета Европы. С другой - из Совета Европы постоянно поступают заявления, говорящие о том, что если Азербайджан в ближайшее время не решит эту проблему, то у нас будут серьезные проблемы. Как вы оцениваете ситуацию с политзаключенными сегодня?

- Чтобы более полно осветить взаимоотношения Азербайджана и Совета Европы по проблеме политзаключенных надо вернуться немного назад. Эта проблема встала, когда Азербайджан вступал в Совет Европы. Одновременно с нами принимали и Армению. В тот момент вопрос о политзаключенных стал одной из проблем, которые не позволили бы Азербайджану вступить в Совет Европы. И поэтому докладчик ПАСЕ Жорж Клерфайт принял тогда на себя ответственность за Азербайджан перед Парламентской Ассамблеей СЕ и попросил всех депутатов проголосовать за принятие Азербайджана в Совет Европы, дать стране шанс. Он сказал, что уверен в том, что "Азербайджан с нашей помощью решит этот вопрос".

Прошло уже три года, как наша страна является полноправным членом СЕ. За это время проблема политзаключенных поэтапно решалась - более 400 заключенных из списка, подготовленного правозащитниками, были выпущены на свободу. Но, к сожалению, в тюрьмах осталось еще свыше 300 политзаключенных, в том числе и такие ключевые фигуры как Рагим Газиев, Искендер Гамидов и Аликрам Гумбатов. По требованию СЕ, азербайджанские власти вновь начали судебные процессы по их делам, но темп, с которым идут эти процессы, и то, как и где они проходят, - все это абсолютно не соответствует тем требованиям, которые взял на себя Азербайджан.

Совет Европы, конечно, не оставил это без внимания. И тот же самый Жорж Клерфайт, который теперь возглавляет подкомитет по политзаключенным Комитета ПАСЕ по правам человека и законодательству, регулярно посещает Азербайджан, встречается с политзаключенными и обладает всей полнотой информации по этой проблеме. В последний свой визит Ж.Клерфайт увидел, что проблема политзаключенных так и не была решена, и потому этот вопрос был поставлен в повестку дня июньской сессии ПАСЕ.

- Женевская конвенция четко определяет параметры, по которым определяются политзаключенные. Но наши правозащитники в этом вопросе не могут придти к единому мнению, и существуют разные списки. Так сколько же в Азербайджане политзаключенных, и по каким критериям они отбирались?

- Я могу сказать о критериях, по которым работает наш фонд и коллеги из федерации правозащитных организаций. В свое время наши власти заявляли, что у нас нет политзаключенных. И тогда генеральный секретарь Совета Европы Вальтер Швиммер призвал независимых экспертов, известных в Европе и в мире юристов, бывших судей Европейского суда, которые и выработали пять критериев, по которым определяются политзаключенные. На основе этих же критериев они провели анализ нескольких дел, взятых из общего количества и признали, что несколько дел относятся к политзаключенным: И.Гамидова, А.Гумбатова, Р.Газиева, С.Гусейнова и др. Вот по этим критериям мы и работаем.

А что касается разных списков, то тут много факторов: и непрофессионализм некоторых правозащитников, и недостаточность информации обо всех заключенных, и пр. Но Совет Европы принимает во внимание большой список, который включает в себя все мелкие и на основе которого работает наша федерация. Этот список включает в себя 311 человек. Таково на сегодня число политзаключенных в Азербайджане.

- Власти утверждают, что в числе этих заключенных есть те, кто действительно совершил уголовные преступления, а в список они попали потому, что платят некоторым правозащитникам за это. Что вы можете сказать по этому поводу?

- Я знаком с подобными заявлениями, Как правило, они инспирируются властями и работающими на них инстанциями. Но хочу подчеркнуть, что мы работаем по критериям, установленным Советом Европы. После утверждения списка мы направляем его в СЕ, где он проходит процедуру повторной экспертизы. Если какой-то человек не соответствует критериям, установленным СЕ, то его просто-напросто не включают в число политзаключенных. Хотел бы заметить, что до сих пор не было случая, чтобы СЕ не утвердил хотя бы одну из представленных нами кандидатур.

И еще я могу сказать, что многих людей, которых мы защищаем, мы даже не знаем в лицо. К тому же, большинство из них длительное время находятся в местах заключения, их семьи испытывают хронические финансовые трудности, поскольку в тюрьмах сидят, как правило, кормильцы семей. У семей зачастую нет денег даже для передач сидящим в тюрьме. Поэтому говорить о взятках в данном случае смешно.

- Вы уже длительное время занимаетесь вопросами политзаключенных. С ними, как правило, все ясно: либо человек на свободе - и тогда нет проблемы, либо он сидит в тюрьме - и тогда есть политзаключенный. На ваш взгляд, почему азербайджанские власти не идут на уступки СЕ по вопросу политзаключенных? Не потому ли, что в этом вопросе власти не могут позволить себе осуществить процедуру, которую мы называем "приписками демократии"?

- Я сам часто задаю себе этот вопрос. Точно так же, как при каждой встрече мне задают его чиновники СЕ. Азербайджанская власть в этом вопросе заняла в корне неправильную позицию, которая противоречит в первую очередь интересам страны. Политзаключенные не представляют никакой угрозы азербайджанскому обществу. Их освобождение стало бы актом гуманизма и принесло бы стране большие внешнеполитические дивиденды. Есть пример соседних стран - скажем, Грузии, которая в преддверии вступления в СЕ объявила амнистию и выпустила на свободу всех политзаключенных. Даже таких непримиримых врагов Эдуарда Шеварднадзе, как Тенгиз Кетовани и Джаба Иоселиани. И это привело только к улучшению внутриполитической ситуации в стране, не говоря уже об улучшении внешнеполитического имиджа режима Шеварднадзе.

Я считаю, что азербайджанская власть давно должна была пойти на аналогичный шаг, а не имитировать процесс, не торговаться с СЕ и не доводить дело до того, что Совет Европы перешел от языка уговоров к языку ультиматумов.

- Что вы имеете в виду?

- Я имею в виду проект резолюции, согласно которой, в случае невыполнения ее условий, Азербайджану грозят санкции со стороны СЕ.

- А какие именно санкции могут быть применены к Азербайджану в случае невыполнения резолюции СЕ?

- В вышеуказанном документе, одобренном политическим комитетом СЕ и вынесенном на июньскую сессию, четко говорится о том, что если до 1 сентября 2003 года Азербайджан не выполнит своих обязательств, то верительные грамоты азербайджанской делегации будут отозваны, и она лишится права полномасштабно участвовать в деятельности ПАСЕ.

А если и это не поможет, то следующим шагом станет исключение Азербайджана из Совета Европы.

Но я надеюсь, что до таких радикальных шагов дело не дойдет, потому что, как показывает практика, азербайджанские власти в конце концов идут на уступки СЕ. И думаю, что и в вопросе с политзаключенными будет так же.

- Не считаете ли вы, что ситуация подошла к критической черте не только по вине азербайджанских властей, но и по вине самого СЕ, который долгое время попустительствовал нашим властям, закрывая глаза на их "мелкие шалости"?

- Я бы не стал говорить о вине Совета Европы. Дело в том, что входящие в ПАСЕ депутаты являются делегатами от различных стран европейского континента. Они занимаются проблемой политзаключенных в Азербайджане не потому, что это входит в круг их обязанностей, а исключительно из гуманитарных соображений. Долгое время СЕ закрывало глаза, потому что считало, что проблему можно решить эволюционным путем. Но, видимо, и их терпение тоже имеет границы. И сегодня вопрос ставится предельно жестко.

- Получается, что единственная причина, по которой этих людей держат в тюрьме - это то, что нынешний режим им мстит, и азербайджанские власти не хотят выполнять решения Совета Европы и выпустить на свободу политзаключенных, не имея на это никаких оснований?

- Говорить за азербайджанскую власть очень трудно - никто не знает по каким причинам она не хочет идти на уступки в этом вопросе. Я подозреваю, что даже она сама этого не знает. А что касается моего мнения, то я считаю, что время для решения этой проблемы нынешняя власть упустила. Вместо того, чтобы упорствовать в этом вопросе и из-за этого постоянно быть "мальчиками для битья" в ПАСЕ, можно было бы решить вопрос с политзаключенными и тем самым открыть дорогу для решения в ПАСЕ более важных для страны проблем.

- Каких именно?

- В первую очередь, речь идет о проблемах национальной важности. Сегодня проблема политзаключенных является камнем преткновения для обсуждения вопроса о ситуации в Нагорном Карабахе. Армянская делегация, выступая в ПАСЕ, все время паразитирует на этом вопросе и, отталкиваясь от него, утверждает, что в Азербайджане нет базовых основ для развития демократии, а потому передача Нагорного Карабаха Азербайджану приведет к гуманитарной катастрофе.

Дано пора понять, что все эти вопросы взаимосвязаны. Нежелание властей понять это бьет по жизненно важным интересам азербайджанского народа.

- На днях на сайте СЕ размещен доклад мониторинговой группы ПАСЕ, посвященный проблемам политзаключенных в Азербайджане. Как вы можете прокомментировать этот доклад?

- Этот доклад подготовлен господином Клерфайтом и получил одобрение политического комитета ПАСЕ. Его обсуждение состоится 26 июня во второй половине дня. В этом докладе полностью отражены проблемы политзаключенных в Азербайджане. В первую очередь доклад расценивает, как неудовлетворительный, ход судебных процессов над Р.Газиевым, И.Гамидовым и А.Гумбатовым.

В докладе четко указывается, что суды проходили с многочисленными нарушениями закона, в закрытой Гобустанской тюрьме. И власти в ходе процессов так и не смогли доказать вину этих заключенных. Налицо стремление властей максимально затянуть судебные процессы. Поэтому комитет считает, что эти люди должны быть немедленно освобождены.

Еще один интересный момент в этом докладе связан с политическими эмигрантами. Таковыми в этом документе названы первый президент Азербайджана Аяз Муталибов и экс-спикер ММ Расул Гулиев. Документ ПАСЕ недвусмысленно требует от азербайджанских властей незамедлительно снять с них все обвинения и допустить их для участия в президентских выборах.

Этот доклад принципиально отличается от всех предыдущих документов по Азербайджану, рассмотренных в ПАСЕ. Его коренное отличие в том, что он носит ультимативный характер и требует от азербайджанских властей выполнить взятые на себя обязательства.

В этом документе не только подняты все узловые проблемы существования политзаключенных, но и дана оценка нынешнему политическому режиму. В резюме четко сказано: наличие политзаключенных в Азербайджане является доказательством недостатка демократии в стране.

Документ подчеркивает, что терпение СЕ достигло критического уровня, и СЕ не собирается больше мириться с тем, что в стране-члене СЕ существуют политические заключенные.

- Как вы думаете, как себя будет вести во время обсуждения этого документа азербайджанская делегация во главе с вице-президентом ПАСЕ Ильхамом Алиевым? Сможет ли она заблокировать принятие этого документа?

- Как показывает практика ПАСЕ, документ, вынесенный на обсуждение, как правило, принимается. Единственное, чего может добиться азербайджанская делегация, - смягчения некоторых формулировок. Но для этого необходимо не выступать в ПАСЕ с набившим оскомину заявлением - "в Азербайджане политзаключенных нет", - а сделать все возможное, чтобы их действительно не было. В этом плане большую роль может сыграть помилование, о котором сейчас много говорят.

- Кстати, о помиловании. Речь о нем идет уже более двух месяцев. Сроки его постоянно отодвигаются, а количество людей, включенных в список помилованных, постоянно уменьшается - на днях заявили, что в списке всего 100 человек. Где гарантия того, что власти не обменяют качество на количество? То есть, в очередной раз перед самым заседанием ПАСЕ не объявят о помиловании нескольких десятков малоизвестных политзаключенных, оставив в тюрьме ключевые фигуры, чем попытаются добиться положительного результате обсуждения?

- Я думаю, что власти пойдут на уступки, и в список войдут, как минимум, несколько известных политзаключенных. К этому власти вынуждает критическая ситуация, в которую они сами себя загнали. Ни одна страна не может игнорировать принципы и правила Совета Европы. И Азербайджан здесь не исключение. Он вынужден будет помиловать политзаключенных.

Вполне вероятно, что до сентября придется провести не один, а два или три акта помилования. Прецеденты уже есть - в свое время, в преддверии вступления Азербайджана в СЕ, было выпущены три указа о помиловании. Это диктовалось тем, что Азербайджан могли не принять в СЕ. Сегодня ситуация еще тяжелее - нас вообще могут исключить из СЕ.

- Консультируются ли власти с правозащитниками по кандидатурам на помилование?

- К сожалению, власти не консультируются с нами. Если бы они к нам прислушивались, ситуация была бы гораздо лучше. Мы неоднократно предупреждали власти, что нерешение вопроса с политзаключенными противоречит интересам Азербайджана. Но власти не прислушивались ни к нам, ни к заявлением депутатов СЕ, которые призывали их забыть прошлые обиды и начать жизнь с чистого листа.

- Вы часто посещаете места заключения и встречаетесь с политзаключенными. Как вы оцениваете их моральное и физическое состояние, условия их содержания? Тем более, что вам есть с чем сравнивать - вы сами были политзаключенным.

- Большинство политзаключенным недовольны в первую очередь самим фактом своего заключения. Несправедливость в их отношении предопределила тяжесть их морального состояния. Еще одна проблема - это состояние здоровья. К сожалению, в местах заключения, как, в принципе, во всей стране, очень тяжело получить квалифицированную медицинскую помощь.

Но я хотел бы отметить, что благодаря вступлению Азербайджана в СЕ пенитенциарная система страны меняется в лучшую сторону.

- В чем именно?

- В первую очередь это касается условий содержания. Сегодня редко можно встретить перегруженность колоний и тюрем, есть определенные улучшения в качестве еды. Это отмечают и иностранные эксперты, которые считают, что хотя Азербайджану еще очень далеко до европейских стандартов, но в этом вопросе мы опережаем своих соседей по региону и даже Россию.

- Если говорить о ситуации в целом, что стоит заметить, что политические заключенные - это только верхняя часть айсберга. Азербайджанское правосудие настолько несправедливо, что всех осужденных в той или иной мере можно считать жертвами политической системы. Не собирается ли СЕ в корне менять правовую систему в Азербайджане?

- Создание независимой судебной системы является одним из основных пунктов обязательств, взятых на себя Азербайджаном при вступлении в СЕ. К сожалению, созданный по новой схеме судебный корпус мало чем отличается от предыдущего. СЕ делает по этому поводу все возможное, но хочу заметить, что создание адекватной системы правосудия является задачей, которую должен осуществить сам азербайджанский народ. СЕ здесь может только помогать.

- Вы верите в то, что до указанного в проекте резолюции срока все политзаключенные окажутся на свободе?

- Мне бы очень хотелось, чтобы это произошло. Но, учитывая опыт предыдущих лет и образ действий наших властей, думаю, что этого, к сожалению, не произойдет.

- У людей, которые останутся за бортом помилования, есть шанс выйти на свободу?

- Безусловно, есть. Сколько бы власти ни затягивали эти процессы, но рано или поздно все процедуры будут пройдены, и они смогут обратиться в Европейский суд по правам человека. И я вас уверяю, результаты большинства дел предрешены: Европейский суд не только примет решение об их невиновности, но и принудит азербайджанские власти выплатить им громадную компенсацию. Я думаю, что именно суммы этих компенсаций и заставят азербайджанские власти воздействовать на суды с тем, чтобы они принимали решения, исходя из положений закона, а не политической сообразности.

- А может ли страна уклониться от выплат этих компенсаций?

- Прецедентов этому нет. Единственной возможностью уклониться от выплат может стать только выход страны из СЕ. Но политические последствия подобного шага не сопоставимы с потерями от выплаты компенсаций.

- А что может удержать наши власти от выхода из СЕ? Они могут решить, что прибыли от СЕ никакой, а головной боли слишком много. Не побудит ли выплата компенсаций к "евробежной" тенденции?

- Азербайджан - маленькая страна, находящаяся в окружении геополитических гигантов и врагов. Она не может себе позволить оказаться во внешнеполитической изоляции, которая неизбежно станет следствием выхода из СЕ. Гораздо легче уступить требованиям СЕ, нежели противопоставлять себя всему цивилизованному миру.

- Допустим, что СЕ добился своего, и все политзаключенные вышли на свободу. Чем тогда будут заниматься наши многочисленные правозащитники?

- Я лично буду этому очень рад - одна из поставленных нами задач выполнена. Но остаются и другие проблемы. К примеру, защита прав граждан страны, защита свободы слова, а осенью пройдут президентские выборы, и мы постараемся сделать все, чтобы они прошли в рамках закона. И вообще в ближайшее время работы нам хватит.

- В любом случае, мы вынуждены признать, что политический режим либерализуется. А это означает, что работы для правозащитников становится все меньше. Не кажется ли вам, что причина участившихся разборок между правозащитниками - в возросшей конкуренции?

- Я вообще противник подобных взаимоотношений между людьми, делающими одно и то же дело. Между правозащитниками нет конкуренции, потому что для страны с такими большими проблемами в области защиты прав и свобод граждан, правозащитников у нас не хватает. Мы дополняем друг друга, потому что каждый делает свою работу, и наши интересы не пересекаются.

- А кто финансирует азербайджанских правозащитников?

- Финансирование осуществляется за счет грантов, выделяемых различных международными организациями и правительствами западных стран. Независимые правозащитные организации получают мизерную часть от поступающего в страну грантового потока. Львиная часть достается государственным организациям. К тому же, получаемые нами гранты - одна из форм инвестиций в экономику страны, поскольку мы эти деньги вкладываем в оплату труда своих сотрудников, в покупку необходимой оргтехники и т.д.

Интересно, что власти, так гордящиеся тем, что в страну идет поток инвестиций, которые надо будет возвращать, пытаются создать негативный фон вокруг инвестиций, создающих рабочие места, но не требующих возврата.

- Для вас правозащитная деятельность - это призвание, работа или источник прибыли?

- Желание заняться правозащитной деятельностью у меня возникло после того, как я вышел из тюрьмы. Я был одним из первых политзаключенных, чьего освобождения добились правозащитники. И выйдя на свободу, я решил посвятить свою жизнь тому, чтобы открыть тюремные ворота для тех моих товарищей по несчастью, которые до сих пор сидят в тюрьме.

Беседовал ИМРАН ЗАМАНОВ

"Монитоp", еженедельное аналитическое pевю, No 22, 5 iyun 2003 г