АРХИВ

ДЕТИ ПОРАЖЕНИЯ

Странный мы все-таки народ! Странный до неприличия. Я не знаю ни одного другого народа в мире, имеющего столь странную репутацию. Ни в одном ином народе не сочетаются и не уживаются столь антагонистические чувства.

Наш народ странен, а потому труднопредсказуем. Ну кто бы мог себе представить, что основным лейтмотивом большинства поствыборных разговоров станет любимое азербайджанское выражение "нэ олду?". Причем задаваемое не столько в вопросительном, сколько в назидательно-поучительном тоне.

Этот вопрос стал для нас подлинным проклятием. В нем сконцентрировалось все: от сублимированного страха человека-раба, не нашедшего в себе мужества поддержать борьбу, которую за него вела небольшая группа, - до желания возвыситься в глазах собственного окружения, прикрыв свою неприкрытую трусость и отсутствие гражданской позиции некой "политической дальновидностью".

Этот вопрос стал настоящим проклятием, так как лег тяжелым камнем на национальную совесть азербайджанцев. Отныне многие начинающие борьбу за свои права будут задаваться этим самым вопросом. И пройдет еще немало времени, пока его негативное влияние на общественно-политическую ситуацию в стране иссякнет.

Но сегодня этот вопрос-обвинение тяжким бременем ложится на плечи тех, кто попытался вырвать страну из пучины монархического феодализма. Попытка провалилась. И сегодня на головы побежденных сыплется пепел упреков. Попытка нескольких тысяч спасти миллионы от рабства завершилась в полном соответствии с революционной теорией, сформулированной Лениным в его работу "Лев Толстой как зеркало русской революции".

Анализируя причины, породившие октябрьское поражение, неизбежно приходишь к выводу о том, что эта попытка была обречена изначально.

ОКТЯБРИСТЫ

На следующий день после того, как у народа украли его голоса, в стране ничего не изменилось. Люди все так же медленно дефилировали от магазина к магазину, кто-то шел на работу, ехали маршрутки, из окон звучала музыка. В общем - жизнь продолжалась, никто не возмущался. Никто даже не был удивлен.

Да и, честно говоря, чему было удивляться? Разве мы не знали о том, что режим, оккупировавший страну, добровольно не откажется от власти? Нужно было быть крайне наивным человеком, чтобы поверить в это. Как можно отказаться от власти? Причем - добровольно! От власти, дающей огромные доходы? От власти, позволяющей вершить судьбами миллионов? От власти, возвышающей ее обладателя до полубога и позволяющей столь много, сколько вообще можно получить простому смертному? Этого не может быть, потому что не может быть никогда!

От власти не отказываются - ее теряют. Один из основателей теории современного менеджмента Дж.Тейлор сказал: "Успех наступает только тогда, когда внутренняя подготовка совпадает с возможностью реализации".

Так вот, в тот день ни внутренняя подготовка оппозиции, ни, тем более, момент реализации не совпали. Власть, несмотря на очевидную слабость, все еще сильна. В ее руках сосредоточен репрессивный аппарат громадной численности. На ее стороне - логика исторического развития. На ее стороне - послушное аморфное большинство.

Народ, не вступивший в борьбу за свои права, показал, что время демократии для Азербайджана еще не наступило.

Но, как бы то ни было, это были исторические дни. У народа хватило сил, чтобы проголосовать против властей. Но на то, чтобы отстоять свой выбор, не нашлось ни сил, ни средств. А может, мы хотим слишком многого и сразу?

Октябрьские события в Баку неизбежно войдут в историю. Как бы ни повернулось колесо истории в будущем, эти события отныне и навеки останутся точкой отсчета.

В свое время В.И.Ленин, анализируя истоки русской революции, пришел к выводу, что истоки эти берут начало с выступления декабристов на Сенатской площади Петербурга.

Азербайджанских октябристов с российскими декабристами роднит очень многое. Ленин считал (и не согласиться в этом с вождем мирового пролетариата крайне сложно), что основная причина, обусловившая поражение декабристов, заключалась в том, что "узок их круг и страшно далеки они от народа". Так же, как и русские революционеры начала XIX века, азербайджанские революционеры начала XXI века слишком малочисленны.

Речь идет о политически активной части общества. Азербайджанское общество политически индифферентно. Борьба за права и свободы остается уделом крайне малого количества членов оппозиционных партий, правозащитников и независимых СМИ. Их общее число в стране не превышает несколько тысяч человек.

Идея национального освобождения, к сожалению, так и не стала общенациональным движением. В результате, нация погрязла в решении собственных проблем. Что ж, это хорошо для власти. Крайне удобно управлять аморфной нацией, задавленной комплексом национальной неполноценности. Только находящаяся в таком состоянии нация может позволить власти торговать национальными интересами, проводить сырьетуционную экономическую политику и монополизировать все национальные богатства. Только такая нация оставляет собственную судьбу на произвол кучки узурпаторов.

И в этом вторая схожесть азербайджанского октября-2003 с российским декабрем-1825. Страшно далеки мы все от народа!

Мы - это те, кто видит Азербайджан в числе европейских стран. Мы - это те, кто не хочет для родины обыденного и обрыдлого будущего азиатской страны. И, как писал А.Вознесенский, "нас мало, нас адски мало, и главное - что мы врозь!"

Нас слишком мало, да и не может быть больше. Причина проста до безобразия: в Азербайджане нет общественного слоя, способного стать базой этого движения. В Азербайджане практически нет национальной элиты. В принципе ничего удивительного нет и в этом. Потому что это - проблема практически всех постколониальных стран. Но в Азербайджане ситуация хуже по той причине, что у нас отсутствует не только национальная элита. В стране нет даже протоэлитарных социальных страт, способных в ближайшем будущем взять на себя ответственность за будущее страны.

Так получилось, что социальные слои, которые могли стать основой этой элиты, не генерируют прогрессивных тенденций. Интеллигенция так и не стала совестью общества, а превратилась в продажную девку на побегушках у власти. Бизнес уничтожен и раздавлен. Для формирования военной элиты нет предпосылок - проигравшая и погрязшая в коррупции армия не может стать ведущей силой общества. А уж чиновничество вообще превратилось в настоящий бич нации, ее паразитов. На сегодняшний день нет ни одного социального слоя, который мог бы стать предтечей национальной элиты. Социальные страты либо индифферентны, либо политически безответственны.

РЕКВИЕМ ПО РУССКОЯЗЫЧНЫМ

Наиболее четко подобная социальная безответственность проявляется на примере азербайджанского русскоязычия. Ни для кого не секрет, что азербайджанское (а точнее - бакинское) русскоязычие представляет собой не только национально-культурный, но и общественно-политический феномен. Его истоки уходят в то время, когда Баку был центром нефтедобывающей промышленности мира и самым быстрорастущим городом Российской империи.

В отличие от Армении и Грузии, интеллигенция которых всегда была более национально ориентирована, наша интеллигенция с легкостью перешла на другой язык. В принципе, именно русскоязычные были наиболее развитой социальной стратой. Большая часть национальной городской интеллигенции, управленческая элита и многие другие стали частью этого аморфного сообщества. Даже неистощимые попытки нацдеков и пришедших им на смену трайб-маргиналов не смогли поколебать позиций русскоязычия.

Но в отличие от постколониальных процессов в других странах мира (где именно национальная интеллигенция, говорящая на языке колонизаторов, шла во главе процесса национального освобождения) в Азербайджане этого не произошло. Русскоязычные с самого начала оказались на обочине этого процесса. Задавленные комплексом национальной неполноценности, они не смогли да и не могли адекватно отреагировать на вызов времени.

Сказалась и общая беда русскоязычных - политическая индифферентность. У азербайджанского русскоязычия нет ни политической организации, выражавшей бы ее интересы, ни харизматического лидера. Комплексующие по поводу своей "национальной неполноценности" русскоязычные предпочитают "позицию страуса" борьбе за свои политические права. Сегодня именно позиция русскоязычных, как лакмусовая бумага, выявила общественные беды страны.

Cегодня русскоязычные - это зарождающийся средний класс Азербайджана. Именно они работают в банках, составляют дееспособную часть чиновничества, являются движущей силой бизнес-элиты. Сказался их более высокий уровень образованности и умение заимствовать мировой опыт. Но, несмотря на это, они так и не стали социально активной и значимой частью азербайджанского общества. Их подчеркнутая аполитичность, нежелание вмешиваться в ход политических процессов, неумение отстаивать свои интересы привели их к нынешней трагедии.

Азербайджанской русскоязычие оказалось той социальной стратой, которая в принципе поддержала нынешнюю власть. Большинство русскоязычных либо проголосовало за И.Алиева, либо не голосовало вовсе. Причина одна - неприятие нацдеков. Не имея собственной политической партии и собственного лидера, русскоязычные, ведомые страхом и штампами, насаждаемыми властью, способствовали престолонаследию. Они видели в Алиеве II гарантию собственной безопасности, в то время как Иса Гамбар олицетворял для них ужасы языковой дискриминации.

По сути произошла социальная идентификация по принципу "свой - чужой" и, к сожалению, "своим" оказался более близкий русскоязычным по своим поведенческим стереотипам кандидат власти.

При этом никто не подумал о том, что нет более удаленного духовно от русскоязычных человека, чем Ильхам Алиев. Определяющим фактором в его положительной идентификации для русскоязычных стал тот факт, что "он хорошо говорит по-русски". Но не только язык определяет поведенческие характеристики человека. Огромную роль играет среда, в которой он воспитывается.

Ильхам Алиев по своей сути не русскоязычен, несмотря на то, что этот язык смело можно назвать для него родным. У него нет русскоязычного менталитета, он вырос в иной среде, среди его нынешних друзей нет НИ ОДНОГО русскоязычного. И это не случайно. Он, как и его отец, всегда опирался на трайб - на это феодальное образование, основную силу которого составляют национал-маргиналы.

Не случайно также и то, что инициативная группа по выдвижению Ильхама Алиева в президенты была сформирована вовсе не в Баку, а в Нахичевани. Поэтому, отдав свои голоса кандидату трайба, азербайджанское русскоязычие положило начало собственной трагедии. Все последующие годы ему предстоит разочаровываться в этом своем выборе.

Для русскоязычных Азербайджана момент выборов стал очередной точкой бифуркации. Выбрав И.Алиева, они проголосовали за сохранение своего нынешнего статуса - статуса политических импотентов.

Долгое время мне казалось, что нынешнее положение русскоязычных незаслуженно, и что их неучастие в активной политике - результат политического заговора нацдеков и трайб-маргиналов, не заинтересованных в вовлечении русскоязычия в активную политическую деятельность. Ситуация доказала, что это не совсем так. Русскоязычие само выбрало сторону стороннего наблюдателя, инородного тела в азербайджанской политической системе. И тем самым предопределило свою будущую судьбу. Потому что любое инородное тело рано или поздно отторгается организмом.

ПОБЕДИТЕЛИ И ПРОИГРАВШИЕ

Как и в каждой войне, в этом конфликте есть свои победители и побежденные. Церемония инаугурации Ильхама Алиева завершилась торжественным салютом в его честь. В стране, значительная часть территории которой оккупирована врагом, салюты - непозволительная роскошь. Я не знаю ни одной инаугурации ни в одной стране мира, которая завершалась бы салютом. Потому что издревле фейерверками и салютами ознаменовывались победы в войнах, а отнюдь не смена политического лидера. Сами того не понимая, власти сами дали политическую оценку протекающим процессам. Но их трудно винить - салют отражал состояние их душ. В их душах была победа. В этот день они отмечали победу над собственным народом.

Итак, определимся, кто победил в этой братоубийственной войне. Победили те, кого принято считать богатыми. Победила власть, используя недопустимые методы фальсификаций и при молчаливом согласии большинства. Это пиррова победа, так как победа над собственным народом практически всегда бывает пирровой и безрезультатной.

Победители находятся в эйфории - на их стороне ее величество Победа. И не важно каким способом и какой ценой она добыта. Главное, что удалось удержать власть в своих руках. Победителей не судят. Судят только проигравших.

Но парадокс ситуации в том, что проиграли все. В один день рухнули бастионы, выстраиваемые годами. Власть в одно мгновение показала нам всю суетность общественных сдерживающих механизмов. Общество зависло в томительном ожидании - что будет. От диктатуры среднеазиатского типа Азербайджан отделяет не угроза общенационального сопротивления, а обязательства властей, данные ими Западу взамен на благосклонное отношение оного к процедуре престолонаследия. Одно неверное движение - всего один шаг в сторону - и страна рухнет в пучину деспотизма.

Побежденные в этой войне находятся в крайне тяжелом положении. Они разбиты и разгромлены. Более того, они унижены общественным молчанием и преданы Западом. Полное поражение в фронтальном столкновении с властью можно было предсказать, индифферентность населения к идущим процессам - предчувствовать. Но вот предательства Запада, совершившего change "нефть - на демократию", не мог предвидеть никто.

Поэтому совершенно очевидно, что проигравшая сторона находится в депрессии. Эта депрессия - нормальное состояние после того, что произошло. Полная опустошенность - вот что сегодня чувствует каждый из нас. Мы сделали все, что могли. Некоторые сделали больше, чем могли. Но всего этого оказалась недостаточно для того, чтобы победить.

История Азербайджана вообще сплошь пестрит поражениями. Новейшая история страны состоит из череды поражений. Начиная с 20 января 1990 года, мы переживаем череду постпораженческих депрессий. И каждый раз кажется, что уже не осталось ни сил, ни средств, чтобы вырваться из этого заколдованного круга.

За эти годы нация потеряла не только территорию, оккупированную армянами, и не только миллионы своих соотечественников, предпочитающих рабский труд за пределами страны нищенскому существованию на Родине. Мы потеряли нечто большее. Веру в себя.

И именно этой веры нам так не хватало в водовороте октябрьского бунта. События 15-16 октября были азербайджанским бунтом, бессмысленным, но не беспощадным. Для того, чтобы стать беспощадными, тем, кто был по эту сторону баррикад, не хватило самого главного - ВЕРЫ. Но, как ни странно это сегодня покажется, в истоках этого поражения и есть залог наших грядущих побед.

У сербского писателя Милорада Павича есть культовый роман "Последняя любовь в Константинополе". Вот цитата из этой книги:

"Вот как, сын мой, обстоит дело. Представь себе две армии, воюющие друг против друга. Одна побеждает, как это было с армией, в которой служил твой отец. Вторая проигрывает. Но смотри, у победы нет детей, у нее есть лишь отец. А у поражения сотня детей.

Подумай теперь, кто сильнее? И что после победы происходит с победителем? Страшный, бородатый и незнакомый тебе человек, вооруженный до зубов, заросший грязью, неожиданно врывается в дом, до смерти пугает тебя своим чужим запахом и валит на спину твою мать еще до того, как ты успеваешь выскочить из комнаты и понять, что это твой отец. И точно так же происходит в домах всех победителей. Они крепко держат в руках своих жен, своих коней, свою силу. А своих детей, тебя и твое поколение они будут держать в тени и на привязи до тех пор, пока вы не начнете считать седые волосы на голове.

А теперь посмотри на другую сторону. Там отцы вернулись домой, как побитые псы - начисто разгромленные. Армия побежденных отцов захлестнула бедностью всю страну. И что произошло дальше? На их сыновей, твоих сверстников, не легла тяжесть вины за проигранную войну. У них на душе не было никаких грехов, перед ними не было никаких преград, и на их шее не было отцов, которые бы их понукали. Зато сегодня им дозволено все..."

Речь идет о детях поражения. Тех, чьи родители проиграли войну и оставили им пустое пространство. Его можно было заполнять чем угодно и как угодно. "Дети поражения" - это мы, те, кто придет на смену прогнившей политической конструкции Третьей республики.

Октябрьские события выполнили свою главную роль - они показали, что дальше ТАК жить нельзя. Они показали, что народ, безмолвно взирающий на протекающие мимо него политические процессы, обречен на постоянные поражения.

Но жизнь не заканчивается на поражениях, и я верю, что придет новое поколение азербайджанцев, которое сможет обеспечить стране развитие и прогресс. Для это необходимо только научиться делать правильные выводы. И тогда поражение превратится в победу, а побежденные - в победителей.

ЭЛЬМАР ГУСЕЙНОВ

"Монитоp", еженедельное аналитическое pевю, No 37, 08.11.2003 г