АРХИВ

ГРАНИ ГРУ...

Ситуация в Грузии продолжает оставаться в центре внимания мировой общественности. Парламентские выборы спровоцировали серьезный политический кризис. Наверное, самый серьезный из всех за новейшую историю этой страны. Пожалуй, еще никогда за всю "эпоху Шеви" не было столь серьезных оснований, чтобы утверждать - Грузия на грани гражданской войны.

Сидя в Баку, очень трудно понять причины, вызвавшие кризис, так же как невозможно узнать - кто прав и кто виноват.

Поездка в Грузию оставила двойственное впечатление. Слишком много схожего в политических процессах, протекающих в наших странах, но имеющихся отличий достаточно для того, чтобы ситуация изменилась самым неожиданным образом. Но одно со щемящей болью в сердце я понял и был вынужден признать - в отличие от нас, грузины готовы биться за свою свободу до конца. В этом меня убедили многочисленные встречи и беседы, проведенные в Грузии - такой близкой и такой далекой.

ПРОТИВОСТОЯНИЕ

В центре политического скандала, развернувшегося в Грузии, парламентские выборы. Сюжет незатейлив и прост. Правящий режим хочет таким и остаться, а оппозиция хочет его сменить. Шеварднадзе, воодушевленный примером "старшего брата и друга" Гейдара Алиева, решил, что "главное не то, как голосуют граждане, а то, как их голоса будут подсчитаны".

Эту гениальную мысль, пришедшую в голову грузину Сталину, легко было понять и другому грузину. Тем более, что выборы в Азербайджане показали политическую целесообразность подобных фальсификаций, построенных на принципе "ЦИК не выдаст, Запад не съест". Интересы оппозиции никого не волнуют, главное - объяснить всем, что в случае прихода к власти оппозиционеров страну ждет нестабильность. И тогда все станет на свои места. Испуганное население проголосует, испуганный Запад подтвердит и... аллилуйя!

Но то, что относительно гладко прошло в Азербайджане, в Грузии не получилось. Оппозиция получила больше голосов, чем ожидалось. Пришлось идти на тотальные фальсификации. Грузинские эксперты подсчитали, что в Аджарии - регионе, где права граждан не соблюдались, если принять во внимание официальные итоги голосования (они, как известно, дали 90 процентов голосов партии сторонников Абашидзе) голосующие делали выбор со скоростью 8 секунд.

Не сильно уступало аджарским спринтерам и население азербайджанских регионов Грузии - там средняя скорость составила 18 секунд. В результате властям удалось получить в парламенте незначительный перевес.

Оппозиция разделилась. Умеренные лейбористы и их союзники согласились с итогами голосования, то время как наиболее радикальная часть оппозиции - "Саакашвили - Национальное движение", и "Бурджанадзе - Демократы" - создали политический союз и начали кампанию неповиновения.

В время пребывания в Грузии мне довелось наблюдать и за действиями непримиримых оппозиционеров, и за действиями их противников. Как это ни странно, в политические лидеры власть выдвинула Аслана Абашидзе - крайне авторитарного лидера Аджарии, партия которого заняла второе место.

Наблюдая за тем, как сторонники Абашидзе приезжают на автобусах стройными колоннами в Тбилиси для защиты Шеварднадзе, я невольно вспоминал начало 90-х, когда такими же стройными толпами везли нахичеванцев на поддержку Гейдара Алиева. Но в Грузии все гораздо сложнее, потому что обе стороны конфликта там вооружены до зубов.

Митинги оппозиции собирают больше народу, чем организованные митинги властей. На них собирается разноликая публика - в основном молодежь и интеллигенция. Много студентов и преподавателей вузов. На мой вопрос - не боятся ли они быть исключенными за политическую деятельность из вузов? - в ответ недоумение: кто будет исключать, если преподаватели все здесь. Даже ректоры вузов и те стоят на площади, мотивируя свой выбор тем, что не могут оставить своих студентов. Ректор в Грузии - должность выборная, а потому они практически независимы от правительства.

Среди приверженцев обеих сторон сразу бросаются в глаза боевики. Их быстрый волчий взгляд и оттопыривающиеся левые предплечья говорят о том, что обе стороны готовы к крайним мерам.

Шеварднадзе явно не ожидал такого отпора, и это чувствуется. Старый лис растерян, голос его дрожит. В своем традиционном радиообращении к народу он стал призывать всех к спокойствию. Первым делом Шеварднадзе поблагодарил всех за выдержку, а сторонников оппозиции - за то, что они защищают свои конституционные права. Этакий монолог грузинского кота Леопольда. Я первый раз слышал, как благодарят политических противников. Это говорит либо о великодушии (в чем Шеварднадзе подозревать сложно), либо об откровенной слабости.

"Они требуют моей досрочной отставки, - сказал Шеварднадзе. - Но разве я диктатор? Разве я Милошевич или Саддам Хусейн?" Имени соседнего диктатора, своего друга и брата он так и не назвал. Хотя мог бы. Он действительно не Гейдар Алиев, потому что за прошедшие годы не смог взять под тотальный контроль все сферы общества, как это сделал его "лепший друг". Это прекрасно видно на примере СМИ, в особенности - электронных.

В Грузии множество телеканалов, и степень их зависимости от властей различна. Но самый "смотрибельный" из телеканалов - "Рустави-2" - однозначно независим. И это превратило его сегодня в основной гарант демократии. У этого канала сложная история, но одно вызывает бесспорное уважение - его непродажность. За несколько месяцев до выборов власти предложили руководству канала чендж. Взамен лояльности на время выборов им дарили сеть вещания ОРТ (в Грузии этот канал закрыт, а его место пустует). Получив эту сеть, канал "Рустави-2" имел бы возможность вещать по всей Грузии. Но его владельцы отказались от сделки, заняв независимую позицию.

Ах, как разнится эта позиция с позицией азербайджанских телеканалов, претендующих на статус "независимых", а на деле являющихся лакеями властей! Почему у нас все только и ищут возможность продаться власти? И кто виноват в том, что мы не имеем независимого телевидения: сами телевизионщики, продавшие свободу слова за кусок хлеба с маслом и черной икрой, власть, понимающая силу электронных СМИ и уничтожающая уже в зародыше неподконтрольные телеканалы, или сам народ, не желающий защищать свободу слова?

Сегодняшняя непримиримая и неподкупная позиция "Рустави-2" - во многом итог той общенациональной акции, когда вся Грузия встала на защиту этого независимого ТВ. Имея такую поддержку, как независимый телеканал, грузинская оппозиция может совершенно спокойно наращивать давление на власть. Тем более, что на ее стороне и поддержка западных стран, которые открыто принуждают Шеварднадзе к поиску компромисса.

ЗДЕСЬ ВАМ НЕ РАВНИНА, ЗДЕСЬ КЛИМАТ ИНОЙ

И это резко контрастирует с соглашательской позицией Запада в Азербайджане. Видимо, запах нефти отбивает у западного человека всяческую любовь к демократии.

В Грузии все западные посольства занимаются тем чем, собственно, и должны заниматься - пытаются сохранить стабильность в стране при соблюдении демократических прав и свобод граждан. Представители ОБСЕ, Совета Европы в открытую призывают Шеварднадзе идти на компромисс. При этом они встречаются с лидерами радикальной оппозиции.

В Азербайджане этого, увы, не происходило, и это не единственное отличие. Западные СМИ ситуацию в Грузии описывают совершенно иначе, нежели ситуацию в Азербайджане. Лидер грузинской оппозиции Михаил Саакашвили получает в прайм-тайм постоянное место в новостях СNN и других мировых телевизионных агентств. Несмотря на весьма радикальную позицию Саакашвили и его сторонников (самый ультрарадикальный лидер нашей оппозиции по сравнению с ним ягненок), Запад ведет с ними диалог, пытаясь убедить их в пользе компромисса.

"Двойные стандарты!" - скажет читатель и будет, несомненно, прав. Они на каждом шагу. К примеру, у нефтяной компании BP, которая в связи с прохождением трубопровода БТД по территории Грузии весьма активна в этой стране. Так вот, ее руководство не лоббирует Шеварднадзе, как они лоббировали И.Алиева. А с грузинским общественным мнением ВР ведет целенаправленную работу, с тем чтобы постоянно объяснять преимущества, которые получит Грузия от прохождения Трубы. Недовольные экологи и журналисты регулярно приглашаются в штаб-квартиру ВР, где им разъясняют преимущества проекта.

А отношение ВР к гражданам Грузии, проживающим в населенных пунктах вблизи Трубы, вообще выше всяких похвал. Их всячески обхаживают. В каждом таком населенном пункте созданы "клубы дружбы местного населения с ВР". В общем, ВР создает имидж полноценной заботы о населении Грузии.

Интересно, а почему ничего подобного не происходит у нас? Вместо заботы о населении Азербайджана - наплевательски высокомерное отношение чиновников ВР. Руководство компании, конечно, может заявить, что это не так, и в качестве подтверждения показать множество отчетов о спонсируемых ими концертах и проплаченных конференциях НПО. Но почему никому в этой стране об этом не известно?

А потому, что все мероприятия ВР в Азербайджане давно превратились в междусобойчик избранных. И широкой общественности абсолютно неизвестна благотворительная деятельность ВР. Вот это и есть "двойные стандарты", когда, живя в своей стране, мы ничего не знаем о том, как компания, которой власть дала право распоряжаться нашим национальным достоянием - нефтью, заботится о гражданах этой страны. Зато, пробыв неделю в Грузии, на каждом шагу встречаешься с результатами отеческой заботы ВР.

Двойные стандарты Запада убивают надежду в нас, но дают надежду грузинам. На то, что в их стране произойдут позитивные изменения.

НОВЫЙ ЛИДЕР

У грузинской оппозиции появился новый лидер. Михаил Саакашвили молод, ему всего 36 лет. На постсоветском пространстве это возраст даже не политического юноши, а ребенка. Но несмотря на это, у него за плечами большой политический путь.

До этих выборов он был просто одним из лидеров оппозиции, в результате их он стал первым среди равных, но после выборов своей острой и бескомпромиссной позицией он однозначно завоевал место лидера грузинской оппозиции.

Отношение к нему со стороны простых грузин двоякое - либо восторженное, либо резко негативное. И на то, и на другое у них есть свои основания.

Его политический путь очень напоминает путь раннего Ельцина. Общегрузинскую популярность он получил, став одним из самых молодых министров - министром юстиции. Его реформы были оригинальны и хотя не всегда успешны, но имели широкий общественный резонанс. Впрочем, достижения были очевидны: тестирование полицейских привело к резкому снижению их числа, а судебная реформа привела к тому, что судебная система Грузии стала одной из самых независимых в СНГ.

С шумом покинув пост министра, М.Саакашвили ушел в политику, создал собственную партию и выиграл выборы в муниципальный совет Тбилиси. На посту председателя городского совета он проявил свой фирменный стиль - большое количество популистских мер, имеющих слабое значение, но дающих прекрасную репутацию. На одном из заседаний он бросил в лицо Шеварднадзе: "Коррупция непобедима до тех пор, пока вы у власти, потому что вы и ваше окружение провоцируют коррупцию".

В ходе последних парламентских выборов ярко проявился политический талант Саакашвили. Его недостатки и те работали на него. Он импульсивен, даже можно сказать, горяч, но людям импонирует эта импульсивность. Они готовы терпеть его, потому что грузинское общество хочет перемен, а Саакашвили их обещает.

Саакашвили - личность яркая, но не очень уравновешенная, это видно во время выступлений - он зачастую срывается, и в его голосе появляются истеричные нотки. Этим он напоминает революционных лидеров начала прошлого века.

О том, что Саакашвили еще до выборов был главным оппонентом властей, говорит и тот факт, что именно на него был обрушен главный удар их пропагандистской машины. Используя то, что в названии его партии есть слово "национальный", проправительственная пресса стала именовать его и его сторонников "нацистами" и пугать его образом национальные меньшинства, сравнивая Саакашвили с Гамсахурдия, что вызывало у населения национальных окраин нервозную реакцию.

Именно нацменьшинства должны были сыграть роль социальной опоры властей. Шеварднадзе с треском проиграл в Тбилиси и в регионах, где грузинское население составляет абсолютное большинство. В то же время он взял реванш в Аджарии и Квема Картли - регионах, где его пропаганда достигла успеха и население которых политически индифферентно.

АЗЕРБАЙДЖАНСКАЯ КАРТА

Говоря о политической индифферентности, в первую очередь стоит сказать о наших соотечественниках, проживающих в Грузии. Азербайджанцев в Грузии много и, несмотря на большой отток последних 10 лет, они составляют значительную часть населения Грузии.

Грузинские азербайджанцы либо голосовали за власти, либо не голосовали совсем (в этом случае за них голосовали власти). Все встреченные мной в Грузии азербайджанцы объясняли свое редкое политическое единодушие, с которым они проголосовали против Саакашвили, тем, что он армянин и его настоящая фамилия Саакян. Хотя, как ни странно, но армяне, проживающие в Джавахетии, тоже голосовали против него, объясняя свою позицию тем, что он - грузинский националист, и отдав свои голоса блоку "Бурджанадзе - Демократы", поскольку в этом блоке решающую роль играет Жвания, про которого официально известно, что его мать армянка. Что самое интересно - блок Жвания набрал в азербайджанских районах больше голосов, чем блок Саакашвили.

Власти на полную катушку использовали страхи национальных меньшинств, убеждая их в том, что только власть, какой бы плохой они ни была, в состоянии обеспечить их безопасность. Сказалась и позиция исторической Родины, сделавшей ставку на сохранение режима Шеварднадзе, не сознавая, что его время истекло. Точно так же и в Азербайджане национальные меньшинства поддались на пропаганду властей, посчитав, что из двух зол следует выбрать то, которое больше знакомо.

Одно мне стало абсолютно очевидно - у азербайджанцев в Грузии весьма сомнительные перспективы. К большому сожалению, наши соотечественники почти не интегрированы в идущие в Грузии политические да и общественные процессы. Многие из них выступают с классической азербайджанской социально-изоляционистской позиции. В результате чувствуется их оторванность от идущих в Грузии процессов.

При встречах с соотечественниками невозможно не заметить, что они отличаются от общегрузинской массы. Все встреченные мною грузины открыто говорили, за кого они голосовали, и не боясь объясняли причины своего волеизъявления. Но ни один из встреченных азербайджанцев так и не смог толком объяснить причины своей политической позиции.

Азербайджанцы уезжают из Грузии не только потому, что их права нарушаются, а еще и по тем же причинам, по которым миллионы других наших соотечественников покидают Азербайджан, - в поисках лучшей доли, в поисках более благополучного общества. Это вечный отток из деревни в города, мало связанный с политическими катаклизмами.

Тбилиси - не азербайджанский город. Так уж получилось, что на всем постсоветском пространстве у азербайджанцев всего один национальный город - Баку. Сюда стекались и будут стекаться все наши соотечественники, осуществляя "бросок на асфальт".

УРОК СВОБОДЫ

Грузия на пороге гражданского противостояния. Оппозиция не хочет уступать, у нее есть вооруженные сторонники. Но не хотят уступать и власти.

Если победит оппозиция, то ситуация изменится кардинально. По крайней мере вся грузинское чиновничество окажется за решеткой. Поэтому правящая элита мечется в поисках "сильной руки".

У Шеварднадзе появился новый сторонник - Аслан Абашидзе. Все, что удалось услышать об этом человеке, лишь подтверждает - перед нами уменьшенная копия Гейдара Алиева. Он правит Аджарией так, как Гейдар Алиев правил Нахичеванью, а затем Азербайджаном. Он может сотни раз говорить о том, что не хочет быть президентом, но его жажда власти все равно приведет его к этому решению. Он уже играет в общегрузинские игры, пытаясь подставить плечо поскользнувшемуся Шеварднадзе - он надеется занять его место.

Механизм престолонаследия по-азербайджански для всего постсоветского пространства - хороший стимул. Многие, с кем пришлось мне встречаться в эти дни в Грузии, говорили - не будь азербайджанского примера, ситуация была бы совсем иной.

Но в Грузии приход наследника может привести к глобальной и тотальной гражданской войне. Грузинское общество значительно дальше нас продвинуто в демократических реформах. Сказалось многое - и менталитет, и личность Шеварднадзе, который так и не смог взять под полный контроль все идущие в обществе процессы. В стране есть реальная, а не виртуальная оппозиция, которая неоднократно скрещивала оружие с властью и имеет богатый опыт политических боев.

Грузинская оппозиция, в отличие от нашей, не сидела и не ждала, когда Шеварднадзе уйдет. Она участвовала во всех выборах и на всех, даже самых малозначительных, давала бой властям. Нынешнее противостояние - не исключение, и даже если ситуацию удастся урегулировать с позиций гражданского мира, то власти Грузии получили такой урок, что вряд ли посмеют на президентских выборах повторить свои политтехнологические трюки с подсчетом голосов.

В стране существует хоть и неполное, но разделение властей, и суд в Грузии - не подстилка исполнительной власти. Экономика страны не монополизирована, а олигархами являются не обязательно чиновники. И все это вместе дает шанс стране на то, что она не скатится к авторитаризму. Самым главным гарантом этого является грузинский народ.

Уезжая из Грузии, я услышал заявление председателя национального гостелевидения. В ответ на обвинения со стороны Шеварднадзе о том, что Национальное телевидение недостаточно активно защищало интересы правящего режима, он бросил в ответ: "Национальное телевидение не обязано защищать ваши личные интересы, господин президент!". И написал прошение об отставке.

Вот тогда я окончательно понял, что нас так сильно отличает. В тот день, когда Низами Худиев сможет таким образом ответить Ильхаму Алиеву, все мы можем надеяться, что наше общество готово сказать "нет" диктатуре.

А пока нам остается сидеть и смотреть, как свою свободу отстаивают другие. Видимо, судьба у нас такая - быть безучастными наблюдателями того, как кто-то становится свободным.

Ш.АЛИЕВ

"Монитор", еженедельное аналитическое ревю, № 39. 22.11.2003