ВЗГЛЯД

Выборы

ОППОЗИЦИОННАЯ ДИЛЕММА
Идти или не идти в парламент?

К сложной и без того политической ситуации в Азербайджане после выборов добавилась еще одна дилемма – идти или не идти оппозиции в парламент? Этот почти гамлетовский вопрос беспокоит сегодня оппозицию. В политике, как и в жизни, нет раз и навсегда правильных решений. Только беспристрастный анализ каждой конкретной ситуации и может дать ответ на вопрос, чего же требуют в настоящее время национальные интересы Азербайджана и в чем заключается верность идеалам.

Отказ от участия в выборах

Смысл неучастия оппозиции в работе парламента прозрачно прост – это означает, что оппозиция пока что отказывается от парламентских методов борьбы, и либо борется за роспуск нынешнего парламента, либо рассматривает президентские выборы-2008 как основную мишень. Президентских выборов мы коснемся чуть позже, но попытка роспуска парламента – это опять революция. Поэтому естественен вопрос – насколько отвечает реальности такая стратегия оппозиции?

Антиреволюционные факторы

Тщательный анализ ситуации в регионе с октября 2003-го позволяет сделать однозначный вывод, что ни одна из влиятельных геополитических сил пока что не заинтересована в революции в Азербайджане. Будут ли они заинтересованы в ней в будущем, также под большим вопросом и зависит от очень большого количества переменных.

Население в Азербайджане тоже не очень склонно сейчас к революции. Тому причиной несколько серьезных факторов. Во-первых, наличие большой наличности у властей. Нефть снабжает власти достаточным количеством валюты для влияния на процессы и людей, причем не только внутри страны. Правая консервативная волна в мировой политике в последние годы еще более облегчает задачу властей по консервации процессов внутри страны. Во-вторых, не надо забывать, что Азербайджан уже прошел через «революцию роз» в мае-июне 1992 года. И хотя правительство Народного фронта (НФА), находясь у власти всего один год, сделало очень много – прежде всего, ввело тестовую систему поступления в вузы, вывело иностранные войска и взяло курс на действительный суверенитет, тем не менее мифологическое сознание масс все еще ассоциирует то время с недостатками, которые в этот год правления НФА тоже имели место. Разумеется, пропаганда и промывание мозгов последних лет тоже сделали свое дело.

То есть, хотя полностью исключить революцию как вариант положительного развития событий было бы неправильно, однозначно рассчитывать на нее как на единственно возможный вариант развития событий так же неразумно. Неучастие в парламенте и ставка только на революцию снижают возможности политического маневра и могут загнать единственную на сегодняшний день реальную оппозицию в Азербайджане в такой угол, из которого она не сможет влиять на процессы.

Вариант участия в парламенте

У противников два аргумента. Во-первых, что участие оппозиции в работе парламента придаст ему легитимность. Во-вторых, что это станет изменой оппозицией своей недавней пред- и послевыборной позиции и обернется окончательной потерей лица. Как раз эти два основных аргумента озвучила Лала Шовкет, отказавшись от депутатского мандата.

Начнем с легитимности. Легитимность парламенту придают несколько факторов и участие оппозиции всего лишь один из них, и к тому же не самый главный. Во-первых, несмотря на всю критику, международные структуры пока не признали «избранный» парламент нелегитимным и, по всей видимости, не собираются этого делать, хотя и оказывают необходимый нажим на власти. (Конечно же, недостаточный с нашей точки зрения.)

Во-вторых, пока что легитимность в Азербайджане определяется не столько правом, сколько наличием силы. Так что участие или неучастие оппозиции в работе парламента немногое меняет с точки зрения его легитимности.

Потеря лица. Более весомым является аргумент о потере оппозицией своего лица. Проблема заключается в том, что как до, так и после выборов оппозиция не раз заявляла, что не пойдет в парламент, если выборы пройдут с большим количеством нарушений. Иначе говоря, угрожала той же революцией, пытаясь воздействовать как на власти, так и на международные организации, склоняя их к более справедливым выборам. И хотя сам автор этих строк уже до выборов не верил в возможность созревания революционной ситуации в стране, он не бросает упреков в адрес оппозиции. Ситуация в Азербайджане очень непростая. Не напрасно Андреас Гросс считает нашу страну одной из самых сложных с точки зрения продвижения к демократии. Поэтому те, кто оказываются правы в одной ситуации, могут оказаться неправы в другой. Очень часты пограничные случаи, и только доброжелательность может удержать в одном лагере людей, озабоченных за судьбу страны.

Истинная и ложная верность идеалам. Теперь уже ясно, что надежды оппозиции на революцию были ошибочны. Но все же это - просчет, а не предательство. И настоящее мужество, и сохранение лица сейчас не в том, чтобы упорствовать и продолжать движение по ошибочному пути, а проанализировать ситуацию, честно объясниться с электоратом и правильно определить курс на ближайшее будущее. К тому же немало ответственности и на международных структурах, слишком произвольно меняющих свои базовые принципы от страны к стране.

В-третьих, Азербайджан сейчас страна с явно доминирующей исполнительной властью, законы принимаются ею, парламент лишь ставит печать. Но при этом, следуя правилам Совета Европы, он вынужден проводить их обсуждение. В обществе с полностью контролируемыми ТВ- каналами, парламент - это единственное место, где еще общественное мнение может спастись от полного «вымирания». Тот совершенно незначительный элемент легитимности, который придаст парламенту участие в нем оппозиции, с лихвой компенсируется положительными возможностями парламента как общественной трибуны.

Тест на «вшивость»

Но остается еще один очень важный вопрос – будет ли в парламенте представлена действительная оппозиция, или всего лишь лжеоппозиционеры, люди, уже совершившие сделку с властями, как это не раз бывало. Таким образом, гамлетовский вопрос об участии оппозиции в работе парламента сводится к тому, есть ли механизмы, позволяющие отличить настоящего оппозиционера от «оборотня».

Прошли те, кого хотели власти

Начнем с того, что, пользуясь абсолютным большинством в избирательных комиссиях, власти полностью проконтролировали избирательный процесс. Трудно поверить, что власти, не допустившие в парламент двух самых сильных представителей оппозиции – Ису Гамбара и Али Керимли, не смогли бы предотвратить избрание какого-то другого оппозиционера.

Поэтому можно с уверенностью считать, что все избранные оппозиционеры оказались там потому, что власти только по им самим известным причинам посчитали одних более приемлемыми, чем других. Но самое главное, чтобы сами оппозиционные депутаты поняли, что они оказались в парламенте главным образом благодаря принадлежности к оппозиции. В стране с таким демократическим потенциалом, с такой сильной оппозицией и со значительным протестным электоратом власти просто не могли полностью лишить оппозицию присутствия в парламенте.

Как отличить «оборотня»

Возможно, что среди депутатов от оппозиции есть люди, которые не удержались от соблазна и уже до выборов согласились на то, чтобы их включили в «список». Но наверняка есть и те, кто не пошел на сделку, отверг предложение, и, тем не менее, власть решила все-таки «избрать» их как наименьшее зло для себя. У этих депутатов нет моральных обязательств перед властями, поэтому они – хотя и допущены в парламент властями, являются настоящими народными избранниками и смогут озвучивать с парламентской трибуны его чаяния.

Обсуждение первых же принципиальных для страны вопросов позволит определить, в какой категории каждый из оппозиционных депутатов.

Командная деятельность

Избранные оппозиционеры, независимо от партийной принадлежности, должны действовать в коалиции, как представители блока «Азадлыг», а не своих партий. Вокруг каждого из оппозиционных депутатов должны быть сформированы команды из представителей оппозиции и независимых экспертов. Парламентская трибуна должна быть использована как место для создания положительного имиджа оппозиции - конструктивной альтернативы власти. Она понадобится оппозиции и перед зидентскими выборами-2008. И как раз для того, чтобы ни одна из партий не считала себя обделенной. Чтобы власти не смогли опять вбить клин между партиями, оппозиционные депутаты должны видеть себя как представителей всей оппозиции.

При этом оппозиция должна застраховаться от проделок «оборотней». Должно быть четко заявлено, что депутаты от блока представляют оппозицию лишь до того момента, пока следуют курсу «Азадлыг», и как только нарушают его, считаются исключенными, и ни блок, ни партии не несут никакой ответственности за их поведение. Единство позиций по основным вопросам среди членов блока всегда позволит вовремя выявить измену и объявить об этом обществу. Тогда общество осудит конкретного предателя, а не блок или партию.

Компромисс и предательство

Уместно вспомнить слова покойного экс-президента Эльчибея, сказанные на одном из меджлисов Народного фронта после январской трагедии. «Разница между компромиссом и предательством в том, что на компромисс идут с противником. Предательство же начинается тогда, когда идешь на компромисс с самим собой». Если оппозиция, договорившись между собой, пойдет в парламент, это будет компромисс с властями в реально сложившейся неблагоприятной ситуации. Но если кто-то в одиночку, думая, что может перехитрить власть или оппозицию, пошел на сделку, - это уже предательство.

Пригодятся и уроки 2000 года. Во-первых, тогда представители от партии «Мусават» пошли в парламент вопреки воле своей партии и совершенно заслуженно были исключены из нее.

Во-вторых, стоит вспомнить, что именно недоверие между двумя основными оппозиционными партиями позволило властям «сыграть» между ними. Теперь, по прошествии пяти лет, ясно, что и среди оппозиционных депутатов 2000 года тоже были две категории – те, что пошли на сговор с властями – они и теперь в парламенте, но их уже никто ни внутри страны, ни в Совете Европы не воспринимает как оппозицию, и их рыночная «цена» как оппозиционеров стремительно падает; и те, кто не пошел на сделку в 2000-м и кого сейчас исключили из парламента решением Конституционного суда.

Нет нужды повторять ошибок прошлого. Если оппозиция, представленная главным образом ПНФА и «Мусават», не найдет общий язык и, выработав единую политику, не пойдет на необходимый компромисс с властями, то обе окажутся беззащитными перед обильной ресурсами властью. Мы откатимся далеко в прошлое. Главное, чтобы сейчас внутри ПНФА возобладал прагматизм, а «Мусават» поняла бы неэффективность односторонних действий. Очень важно использовать возможности парламента в нынешнее трудное время, но еще важнее сохранить единство. Президентские выборы 2008 года не так далеко, чтобы пренебречь готовиться к ним сообща, но и не так близко, чтобы начинать гонку за лидерство своего лидера. Этим партиям надо на время перестать делать публичные заявления, в том числе и по участию в работе парламента, сесть и выработать совместную линию поведения.

Задачи оппозиции

Оппозиция должна четко объяснить избирателям, зачем она идет в парламент и на повторные выборы. Эта, довольно трудная в свете предыдущих заявлений блока задача, посильна ПНФА и «Мусават» только вместе. Только сообща они смогут снова объединить здоровые силы оппозиции, всего общества и отражать атаки слева и справа, сверху и снизу.

Только вместе они смогут продолжить работу по разъяснению разницы между народным избранником и «хейриййечи-сантехником», с одной стороны, и между парламентом и кормушкой – с другой. Пора воспитывать массы, и воспитание это должно начаться с того, что оппозиция покажет, как на самом деле тяжело быть хорошим, честно отрабатывающим свою зарплату народным избранником. И даже если не удастся провести законы, которые улучшат жизнь людей, население в лице депутатов от оппозиции увидит альтернативу как «депутатам хейриййечи-сантехникам», так и «присосавшимся». Можно ли найти более подходящее место для убедительного объяснения того, почему оппозиция идет в парламент, чем сам парламент?!

Довыборы. Довыборы будут проводиться только в 11 округах. Оппозиции на сей раз можно будет вести кампанию концентрированно, не распыляясь на 125 округов, используя в предвыборной кампании 13 мая и уже избранных депутатов. Надо постараться провести в парламент на довыборах лидеров ПНФА и «Мусават», и вообще, как можно больше действительных народных избранников.

К сожалению, уже после выборов оппозиция допустила тактические просчеты. До 26 ноября у оппозиции было 9 мест. Двоих, включая Али Керимли, лишили мандата за попытку революции, Лала Шовкет отказалась от мандата сама. Число оппозиционеров сократилось с девяти до шести. И если среди этих шести есть всего два-три оппозиционера, которые делом продемонстрируют любовь к стране, стоит идти в парламент. Потому что, как показывает практика, даже один сильный человек со знаниями и убеждениями в критические моменты может составить большинство.

Наконец, если оппозиция пойдет в парламент сейчас – у нее всегда будет в руках такой козырь, как угроза покинуть его. Например, если довыборы 13 мая вновь окажутся безобразными. Зачем ей отказываться от этого козыря сейчас, когда это не принесет никаких дивидендов?!

Оппозиция должна четко уяснить, что имеет дело с умным, расчетливым и к тому же очень состоятельным противником, умело использующим в борьбе все «слабые» точки рядовых граждан. Она должна цепко бороться за каждый плацдарм, за каждый кусок политического пространства. Политика – это, как известно, искусство возможного. От себя добавим, когда при этом преследуются благородные цели.

Нацеленность на власть, ожидание реванша с июля 1993-го, стремление обогнать союзников на поворотах все время лишает оппозицию пространства для маневра. На протяжении последнего десятилетия оппозиция делала в основном упор на борьбу с властью. На самом деле упор должен был быть на работе с обществом, а для этого в арсенале оппозиции ничего лучшего, чем парламентская трибуна, нет. Конечно, эта работа менее почетна, не так заметна и эффектна, как кавалерийская атака на белом коне. Это скорее – трудная работа строителя, не всегда заметная, не всегда благодарная. Но этого сейчас требуют интересы отечества.

Больше внимания должно уделяться с широкими массами. В стране с сильным государственным аппаратом оппозиция нуждается в более широкой поддержке. Стремление оппозиции переменить ситуацию одной «кавалерийской атакой» сформировало у населения, к тому же с некрепкими демократическими традициями, неуместный максимализм. Зачем идти на выборы, думает рядовой избиратель, если они опять будут подтасованы?! Конечно, всего 6 мест из 125 – это обидно мало на фоне действительно полученных оппозицией и независимыми кандидатами голосов. Но если это все, что мы имеем в наличии, пренебрегать этим нельзя. Избирателей надо готовить к политике малых успехов, тогда они не будут чрезмерно обескураживаться при поражениях, но вдохновляться на будущие деяния от каждого даже маленького шага вперед.

И здесь уместно привести другой пример из нашей же новейшей истории. Представим, что другой покойный экс-президент, Гейдар Алиев, в далеком 1990 году, побывав до этого долгое время первым секретарем Компартии Азербайджана, затем несколько лет фактически премьер-министром СССР, тоже посчитал бы слишком неподобающим для себя пост председателя президиума Верховного Совета в Нахичевани. Если бы он предпочел почетное бездействие пучине событий и «черной» работе, то его не оказалось бы на арене в июне 1993-го.

Стране, тем более с такой проблемой, как Карабах, нужна сильная демократическая оппозиция. Поддержка оппозиции потребуется властям очень скоро, уже в ближайшем будущем, как это не раз случалось за прошедшее десятилетие, например, во время попыток госпереворотам в 1994 – 1995-м, или после Ки Уэста в 2001-м, потому что без поддержки сильной оппозиции любая власть – демократическая, авторитарная, любая, не в состоянии успешно защищать национальные интересы. И если сами власти не понимают этого, оппозиции в этом случае надо думать и за них.

ЧИНГИЗ МАМЕДОВ, Центр исследований «Вaтaн», vatancenter@gmail.com

Еженедельная аналитическая газета "Бакинские ведомости", № 41, 28 января 2006

www.monitorjournal.com