МЕРИДИАН

Россия

Кремль уходит из Грузии в Армению,
потому, что русские не хотят войны с грузинами


В понедельник Грузия объявила о предварительной победе - капитан грузинской сборной спикер парламента Нино Бурджанадзе заявила, что Россия предложила ничью, которую можно считать грузинской победой. Она рассказала, что из Москвы поступило некое предложение, настолько заманчивое, что скорее всего Тбилиси согласится его принять. Якобы Россия согласилась уступить в главном - вывести базы из Грузии до 2008 года. “Основные разногласия были по поводу окончательного срока вывода баз. Наше требование было - 2008 год. И насколько я понимаю, российская сторона идет на этот срок, что для нас приемлемо”, - сказала Бурджанадзе.

Героиня “революции роз” также отметила: “Заявления, сделанные в Госдуме России, будто что-то или кто-то угрожает военнослужащим российских баз в Грузии, их здоровью и жизни, больше похоже на провокацию, хотя я хочу думать, что это недоразумение.

Чуть позже в тот же день спикера “поправил” председатель комитета по международным отношениям парламента Грузии Котэ Габашвили, который объяснил, что Москва, говоря о 2008 году, имела в виду год 2009-й. То есть компромисс действительно явился таковым - не четыре года, как хотела Россия, но и не два с половиной, на чем настаивала Грузия. Впрочем, ни Бурджанадзе, ни Габашвили не смогли раскрыть все детали московского предложения, объяснив лишь, что оно достаточно заманчиво и что Грузия будет его обсуждать.

Эти и многие другие аналогичные заявления прозвучали в “день Х” - 16 мая. Как известно, в этот день должно было вступить в силу знаменитое постановление грузинского парламента от 10 марта, фактически объявлявшее блокаду российских баз, если на переговорах о сроках их вывода не будет достигнуто прогресса. На тот случай, если российская делегация не проявит уступчивость и не согласится на грузинские условия, парламент в своем мартовском постановлении предложил:

министерству иностранных дел Грузии - приостановить выдачу въездных виз для российских военных; министерству финансов - установить задолженность российских баз и объектов на территории Грузии в отношении госбюджета (эта задолженность впоследствии должна была быть расценена как государственный долг России); министерствам обороны и внутренних дел - разработать и обеспечить специальный режим передвижения по территории Грузии личного состава российских вооруженных сил, техники, вооружения и принадлежащих им грузов, а также осуществить контроль за ними; министерству охраны окружающей среды и природных ресурсов - подсчитать и оценить экологический ущерб, нанесенный деятельностью российских военных баз, и вписать полученную сумму в госдолг России (всего вместе с задолженностью баз - около миллиарда долларов).

В постановлении также указывалось, что российские базы с 16 мая будут функционировать в “режиме вывода”, который включает в себя как вышеописанный “специальный режим передвижения”, так и запрет на проведение учений на территории Грузии.

Ответный ход предприняло минобороны РФ. Оно расценило высказывания Бурджанадзе, а также само постановление как “ультиматум”. “Язык ультиматума и шантажа просто неуместен в решении столь сложных и многогранных вопросов”, - заявил начальник пресс-службы Минобороны полковник Вячеслав Седов. Это заявление стало как бы разведывательной операцией. За ней последовал мощный контрудар.

На следующий день после того, как Бурджанадзе напомнила о близости “дня Х”, Госдума приняла обращение к президенту и правительству России. Она рекомендовала ввести экономические и политические санкции в отношении Грузии, в частности ограничить поставки энергоносителей. Расценив “ультиматум” как “угрозу здоровью и имуществу российских военнослужащих, а также членов их семей, а возможно, и их жизни”, Госдума предложила президенту и правительству принять экстренные меры “, в соответствии с принципами и нормами международного права”, по противодействию планам грузинских властей. Приведем перечень ответных мер, за которые ратовал парламент РФ:

отозвать российского посла из Тбилиси для консультаций; немедленно прекратить выдачу въездных виз гражданам Грузии, направляющимся в Россию, а также ужесточить меры по депортации граждан этой страны, находящихся на территории РФ без виз или с нарушениями правил регистрации; впредь осуществлять поставки энергоносителей и электроэнергии в эту республику по мировым ценам, а также уменьшить объемы этих поставок. В случае если грузинские власти еще больше обострят обстановку вокруг российских баз, осуществить иные, еще более жесткие меры по защите жизни и здоровья российских граждан, обеспечению безопасности российских военных баз, сохранности военной техники, боеприпасов, военного имущества, обеспечению стабильности и безопасности в этом регионе.

Такой вот ответный ход. Собственно, в постановлении грузинского парламента санкций, которые могли бы грозить российским военнослужащим, не было. Тбилиси лишь пообещал ввести для них “особый режим передвижения”. Что это такое, грузины объяснили сразу - российским военным откроют только те дороги, которые ведут в Армению и Россию, выходите на здоровье! Однако Госдума, видимо, чтобы усилить эффект от своего выступления, представила ситуацию так, будто грузинский спецназ уже готовит штурмовые лестницы, чтобы карабкаться на стены российских баз. Встретив такое мощное контрнаступление российской сборной, грузины отступили...

В течение последующих дней, вплоть до 16 мая, грузинские игроки выступили на этой политическо-спортивной арене со множеством заявлений, продемонстрировав, как уже говорилось выше, царившую в их стане полную неразбериху. В частности, это касалось отношения к постановлению-”ультиматуму”. Общая мысль, которую так или иначе выразили все ораторы, сводилась к тому, что “постановление, конечно же, принято, но исполнять его никто не собирается, а даже если и собирается, то российским базам ничто не угрожает, да и Москва все равно предложила нам такое, от чего мы не сможем отказаться, а Госдума напрасно нервничает”.

Игроки обменялись лишь двумя довольно серьезными ударами - грузинский парламент принял на рассмотрение Концепцию национальной безопасности страны, в которой российские базы были поставлены в один ряд с мировым терроризмом, а российский МИД пообещал поставить заслон на пути потока денег, идущих в Грузию от ее диаспоры в РФ. По данным российских властей, этот поток является довольно весомой статьей грузинского бюджета, и, потеряв его, Грузия начнет испытывать финансовые трудности наравне с энергетическими. Впрочем, эти атаки остались без последствий - никто из оппонентов в майках с официальным номером никак их не прокомментировал.

Самое интересное, что в результате всех этих явлений разворачиваются интересные события вокруг вассального армянского государства. Часть боевой техники и военного имущества российских баз в Грузии может быть переброшена в Армени. Об этом заявил начальник российского Генштаба генерал армии Юрий Балуевский. В то же время он отметил, что сами базы будут выведены в Россию.

“Однозначно, военные базы из Грузии будут выводиться на территорию Российской Федерации. Не исключаю, что часть имущества и военной техники может быть выведена в Армению”, - сказал Балуевский.

Что касается варианта с Арменией, то это, по словам генерала, позволяет уменьшить сроки вывода баз с 10-11 до четырех лет. Балуевский также сообщил, что конкретные сроки вывода будут согласованы в ближайшее время на экспертном уровне. Генерал сообщил также, что уже имели место случаи блокирования баз.

Напомним, что всего на грузинской территории на данный момент находятся до 5000 военнослужащих, а также 115 танков, 220 БМП и БТР и 170 артиллерийских систем минобороны РФ.

Таким образом, становится очевидным, что Путин, по всей вероятности, инстинктивно и по наитию взял курс на постепенный уход из Грузии и исчерпывающе форпостное усиление позиций России в Армении. А чем же это может закончиться для последней? Коллапсом государственности, и никак иначе.

ЭЛЬНУР ДАДАШЕВ

Еженедельная аналитическая газета "Бакинские ведомости", № 6, 21 мая 2005