ЗАКОН

НПО

ПРАВА ЧЕЛОВЕКА ВАЖНЫ И ДЛЯ ВЛАСТЬ ИМУЩИХ
Закон в Короли, а не Короля в Закон!

У высокопоставленных представителей исполнительной и законодательной власти, и просто представителей правящей партии, хорошим тоном считается ругать и поносить правозащитников: эдаких «врагов народа», «армянских приспешников», выносящих «мусор из избы», «клевещущих на нашу светлую действительность». Порой рядовой обыватель не понимает жизненной важности защиты прав человека и демократических свобод, не понимает роли и значения правозащитных организаций, пока сам не столкнется с правовым произволом в судах или прокуратуре, полиции или органах ИВ. Вот тогда-то обыватель теряет чувство самообладания и буквально бьется в истерике, недоумевая, как это возможно осудить невинного, пытать беззащитного и так далее и тому подобное.

Особенно сложно представить себя в ситуации жертвы правового произвола нашим высокопоставленным чиновникам (министрам)-олигархам. Эти люди, наделенные почти неограниченной властью, преступным путем ставшие собственниками сотен миллионов долларов, недвижимости в республике и за ее пределами, привыкли чувствовать себя хозяевами жизни, для которых закон не писан. Зачем этим наделенным властью преступникам Закон? Зачем им стремиться к утверждению в Азербайджане правового государства, к созданию независимой судебной системы, сильному институту адвокатуры? Они убеждены, что они выше суда, они не подсудны.

Но неправовое авторитарное государство тем и отличается от правового демократического, что в нем НИКТО не может считать себя защищенным от правового произвола, полицейского насилия и несправедливого суда.

Порой в камерах азербайджанских тюрем на соседних нарах лежат палачи и жертвы. Так, полицейские чиновники, мордовавшие своих же коллег – «подельников» Сурета Гусейнова в 1994 - 1995 гг., в 1998-м разделили их участь узников.

Сколько раз мне приходилось видеть людей, которые неоднократно нарушали закон и неписаные правила милосердия и человечности, а потом сами бесконечно страдали, попав в жернова азербайджанских правопопирающих органов: полиции и прокуратуры. Самое любопытное, что именно эти бывшие хозяева жизни и их близкие наиболее искренне возмущаются, чинимым в отношении их правовым произволом. Они и представить себе не могли в их прежней жизни, что ТАКОЙ БЕСПРЕДЕЛ возможен в родной стране. И я верю их искренности – в своем безоблачном, покрытом роскошью прошлом они действительно не думали и не предполагали, что рядом может быть такое бесчестье.

Однако пока в Азербайджане «Король» (президент, его семья) будет законом, никто, абсолютно никто, не застрахован от самых страшных дней.

На протяжении последних лет мы пишем и требуем:

Наказать полицейских виновных в пытках. Это требование является одним из обязательств, которое Азербайджан взял при вступлении в СЕ. Но наши власти совершенно забыли о необходимости его выполнения. Пытки в полицейских участках продолжаются по сей день, особенно усердствуют в Управлении по борьбе с организованной преступностью МВД. И пока виновные в пытках не будут призваны к ответственности, а будут как Вилаят Эйвазов (бывший руководитель Управления по борьбе с организованной преступностью, лично ответственный за пытки подследственных по октябрьским событиям 2003 года) получать повышения в чине и должности (Эйвазов стал заместителем министра внутренних дел), физическое воздействие будет оставаться основным методом ведения следствия.

Наказать полицейских, застреливших 3 июня 2002 года Алигасана Агаева, жителя поселка Нардаран. Сегодня «стражам порядка» позволено в Азербайджане не только бить и калечить, но и забивать до смерти . Законодательство АР, «Закон о полиции» и другие правовые акты не работают.

Создать сильный институт адвокатуры. В республике с 8-миллионным населением не более 400 адвокатов - членов Коллегии адвокатов, которым дозволено выступать по уголовным делам. Ну сколько можно все взваливать на того же тона Гулиева? Ведь в республике существует буквально пятерка адвокатов, которые просто задыхаются. Неужели нужно объяснять, что адвокат может пригодиться даже самому обеспеченному бюрократу?

Судебная власть - это третья власть в государстве. Без независимого беспристрастного суда и независимых судей НИКТО не застрахован от фантасмагорического судилища азербайджанского образца. В нашей практике мониторинга судебных процессов был даже такой судья, который зачитал одно решение суда (в пользу истца), а письменно выдал совершенно другое решение (в пользу ответчика), поскольку истец не смог собрать всю сумму, которую затребовал этот, с позволения сказать, судья. В моем словаре нет слов, чтобы описать состояние судов и охарактеризовать людей в мантиях в Азербайджане.

5. Я уже не говорю о состоянии тюрем. Недопустимо топтать человеческое достоинство, содержать людей как животных. «От сумы и тюрьмы не зарекайся» - может, если бывший заместитель министра юстиции Айдын Гасымов на себе испытает прелести тюремного режима, он поймет, каково было его подопечным на протяжении долгих лет, когда он возглавлял пенитенциарную систему республики.

Как часто правозащитников обвиняют в том, что они защищают террористов, садвалистов, сепаратистов, ваххабитов. Нередко сегодня можно услышать: «ну что, теперь вы и этих взяточников, коррупционеров, кровопийц, преступников будете защищать? Они не достойны того, чтобы в их отношении работал закон, который они сами неоднократно попирали!» Правозащитник защищает гражданина, чьи права нарушены представителями власти, государства. И если закон стоит на страже интересов и защищает права самого преступного гражданина, тем спокойнее в этом государстве жить всем добропорядочным гражданам.

Вор, преступник, коррупционер должен сидеть в тюрьме! Но его вина должна быть доказана на следствии, проведенном по всем правилам с участием адвоката, и в ходе судебного разбирательства, к которому не будет никаких претензий в необъективности, непрофессионализме. Уже сейчас подозрение вызывает отказ Юсифова от адвоката Адыля Исмайлова, отсутствие информации о местонахождении задержанного главы отдела внебюджетной медицинской службы Векила Аббасова.

Недопустимо нарушение как республиканского законодательства, так и международных конвенций, недопустимо применение недозволенных методов следствия, политический заказ на судебный приговор со стороны главы государства, из президентского аппарата в отношении любого гражданина республики, даже совершившего самые тяжкие преступления. В правовом государстве не может быть вендетты! В противном случае при попрании законности, при политически ангажированном судебном процессе появляются политические заключенные, «фабрикой по производству» которых справедливо называют азербайджанское судопроизводство

Кажется, что это она пишет об этих прописных истинах? А потому и пишу, что эти прописные истины не истина в Азербайджане. Сколько раз лично мне угрожали, а в 1995 году и в прокуратуру вызывали, планируя возбудить уголовное дело за оскорбление чести и достоинства выходцев из Нахчывана и Армении. В 1995-м я публично по телевидению сравнивала политику Гейдара Алиева в Азербайджане по противопоставлению различных регионов Азербайджана с Руандой, в которой африканское племя тутси всегда у власти, а племя бхуту - это наши карабахцы, бакинцы и другие, что к власти не допускаются. На протяжении всех этих лет я говорила и говорю: политика Гейдара Алиева с опорой на выходцев из Армении и Нахчывана разделила азербайджанцев. Это одно из самых страшных преступлений этого режима. Выступление руководителя комитета защиты Инсанова – тревожный сигнал. Они - клан Алиевых - «посеяли ветер и пожнут бурю».

К сожалению, пожнем ее и мы - все живущие в этой стране, которую разделили на хозяев и рабов, в которой законом является воля монарха и никто не может рассчитывать на справедливый суд.

ЛЕЙЛА ЮНУС,
директор Института мира и демократии

Еженедельная аналитическая газета "Бакинские ведомости", № 29, 29 октября 2005 www.monitorjournal.com