ЛЮДИ

Интервью

ОДИН ВЕЧЕР В КОМПАНИИ С ЛИЧНОСТЬЮ

Этот человек возглавлял нашу Академию наук почти четверть срока ее существования – 14 лет и является одним из самых известных азербайджанских ученых далеко за пределами страны. Причиной отставки стала его гражданская позиция, не приемлющая существующую власть. Именно поэтому был ликвидирован институт, который он создал и которым руководил на протяжении 25 лет. Власти, не найдя других средств заставить его замолчать, включили академика в свое любимое переворот-шоу. Его арест вызвал возмущение не только нашего общества, но всей мировой научной общественности. Наш собеседник академик, Гражданин, Человек – Эльдар Салаев.

- Эльдар муаллим, рады видеть вас на свободе. Как ваше самочувствие? Закончилось ли следствие в отношении вас?

- В самом начале беседы я хотел бы поблагодарить «Бакинские ведомости» и все СМИ, которые уделяли моей судьбе столь пристальное внимание. Мое здоровье нормально ровно настолько, насколько может быть нормальным здоровье человека пенсионного возраста, имеющего массу недугов, вынужденного провести некоторое время в следственном изоляторе МНБ. Как вы понимаете, сложно предположить, что тюремная обстановка позитивно могла сказаться на моем самочувствии. Что до следствия, то в отношении меня не ведется отдельного дела, идет общий процесс над всеми хорошо известными людьми. Но мне кажется, что с моей фигурой следствие уже разобралось. Может быть, меня еще несколько раз пригласят для дачи каких-либо показаний.

- В период вашего пребывания в следизоляторе МНБ  были слышны разговоры об ухудшении у вас зрения. Каково оно сейчас?

- Я перенес 4 сложные операции, связанные с щитовидной железой и глазами. Сейчас у меня лопнули внутренние капилляры глаз, свет не попадает на рецепторы глаз. В итоге – я  практически не могу читать. Чтобы вылечиться, я  периодически прохожу тесты и по «щитовидке», и по глазам. Их результаты мы отправляем в Балтимор – по глазам, в Нью-Йорк – по «щитовидке». Делавшие мне операцию врачи знакомятся с этими тестами, дают свои рекомендации. Вот скоро мы готовимся к очередным тестам для глаз. Отошлем их результаты в Балтимор, а там врачи уже решат, есть ли смысл в повторной операции.

- Эльдар муаллим, а как к вам относились в тюрьме?

- Я вам скажу, что нормально. Наверное, это было неким нарушением тюремного устава, но ко мне все обращались как к аксакалу, старались помочь. К примеру, вместо одного положенного мне матраца – дали два, вместо одного одеяла – выдали три. Мне даже печку в камере установили.

- Звонил ли вашей семье Расул Гулиев, в период пока вы находились в следизоляторе МНБ?

- Звонил. Но со мной, по понятным причинам, он еще поговорить не успел. Звонка можно было ожидать не только от него.

- Какие отношения у вас были с отцом «первой леди» Арифом Пашевым? Звонил ли он после того, как вас освободили?

- Нет, он не звонил. У нас с Арифом Пашаевым были дружеские отношения. Я в свое время очень много помогал ему в научном плане. Скажу больше – у нас и сейчас  очень хорошие отношения.

- В период вашего пребывания в следизоляторе МНБ  произошло очень мерзкое и попахивающее 37-м годом событие. Я говорю о том, что руководство НАНА главе с Махмудом Керимовым отреклось от вас.  Как могло такое произойти?

- Вы знаете, я еще раз хочу выразить огромную благодарность всем тем, кто поднял голос в мою защиту. Я понимаю – это было трудно. Да, я чувствовал, надеялся, что пользуюсь в народе определенным уважением, но никогда не предполагал, что известие о моем аресте вызовет столь большую негативную оценку среди моих соотечественников. Хочу сказать большое спасибо и всем моим друзьям-ученым, с которыми я работал на протяжении 14 лет, в бытность президентом Академии наук. Я не виню тех, кто отрекся от меня. Они лишь продемонстрировали, сколь живуч в их сердцах страх, лесть и подобострастие перед власть имущими. Они не чувствуют, что сейчас уже не те времена и продолжают озвучивать то, что им приказывают «сверху».

- Были ли среди тех, кто отрекся от вас ваши ученики?

- Да сам Махмуд Керимов мой ученик. Но человек, который получил всего Aa голос, когда проходил в академики, и, несмотря на это, ныне  именуется  президентом НАНА, просто обязан делать то, что укажут «сверху».

- Вы заговорили о влиянии «верхов». Насколько соответствует истине то, что  глава президентской администрации Рамиз Мехтиев сам лично  решал, кто достоин быть академиком, а кто – нет?

- Это стопроцентная истина.

- Кстати, президент НАНА Махмуд Керимов утверждает, что Вы давно уже отошли от научной деятельности. Насколько это заявление соответствует действительности?

- Мне трудно проследить логику заявления Махмуда Керимова. Он, видимо, считает, что, не получая зарплату в НАНА, нельзя мыслить, Довожу до его сведения, что за указанный им период - 4 последних года - мною выпущена 21 работа. Причем не в отечественных научных журналах, а в самых высокорейтинговых  научных изданиях США и России. Не хочу показаться нескромным, но уверен, что ни господин Махмудов, ни прочие отрекшиеся от меня господа не могут заявить о том, что их статьи печатались столь известных зарубежных изданиях.

- Странно получается – либо президент НАНА знал обо всем этом и врал, либо был не в курсе этих работ. Что, на ваш взгляд, толкнуло его на озвучивание этого заявления?

- Скажу  так: возможно, у него, как у президента НАНА, в последнее время появилось слишком много забот. Но он по своей должности просто обязан был знать обо всем. Хотя бы как физик.

- Эльдар муаллим, отречение от вас это лишь последний известный факт. Были ли еще какие-то препоны, чинимые вам как известному ученому?

- Знаете, расскажу вам всего лишь об одном нонсенсе – мне не дали руководить даже тем направлением в науке, которое я сам создавал в Азербайджане. Но я не унываю. Два года назад один мой ученик с блеском защитил докторскую. Сейчас у меня на выходе три кандидата наук.

- А как вы оцениваете общий уровень азербайджанской науки сегодня?

- Наука не стоит на месте, она движется вперед с бешеной скоростью. Если в последние 10 лет в Азербайджане нет элементарного обновления научного оборудования, то о каком уровне можно говорить? О каком развитии науки можно говорить, если, к примеру, геологи, не могут выезжать в экспедиции. А чего стоят заработные платы, существующие в Академии наук. Ныне разрыв между руководством НАНА и институтами колоссален. В советские времена, примеру, президент Академии наук получал в месяц 900 рублей, а директор НИИ – 600 рублей. А сейчас разница в их зарплатах увеличилась в несколько раз. Случайно ли происходит то, что мы видим, или это планомерная работа ныне существующего режима, которому легче управлять безграмотными и глупыми людьми? Это очень серьезный вопрос. Но я не думаю, что все это делается умышленно. Просто отношение к науке в Азербайджане неважное. Оно гораздо хуже, чем в России. Да и не только в России. Вспомните - всего 10-15 лет тому назад ни в Иране, ни в Турции такого внимания науке не было. А сейчас там ей уделяется повышенное внимание. К примеру, только в Турции работает 8 моих учеников.

- Как вы считаете, в чем истинная подоплека вашего ареста?

Безусловно – это моя гражданская позиция. Вы посмотрите, как там пишется: «присвоение государственных средств в особо крупных размерах». Но я уже 6 лет вообще не имею к государственным средствам никакого отношения, даже не получаю госзарплату. О каком в таком случае присвоении госсредств может идти речь – я, как ни стараюсь, понять не могу.

- После того как власти так «оценили» ваши заслуги перед родиной, не возникает ли желание уехать за рубеж, тем более что вас там прекрасно знают и ценят?

- Нет. Знаете, когда я ушел с должности президента Академии наук Азербайджана, мне предлагали очень престижную работу и в России, и Турции. Но я не пошел. Я в этой стране родился, живу и здесь же я умру.

АКПЕР ГАСАНОВ

Еженедельная аналитическая газета "Бакинские ведомости", № 32, 19 ноября 2005
www.monitorjournal.com