МНЕНИЕ

Дилемма

У ОПАСНОЙ ЧЕРТЫ
Нужны ли переговоры между властью и оппозицией?

Великий Шопенгауэр писал: «То, что людьми принято называть судьбою, является в сущности лишь совокупностью учиненных ими глупостей». В правоте этих слов убеждаешься, наблюдая за очередным шоу, которое названо «вероятность диалога между властью и оппозицией». Данная тема вновь во всю высь и ширь стала на этой людоедах и съеденных

Честно говоря, при нынешней внутриполитической ситуации в стране трудно поверить в то, что стороны когда-нибудь сядут за стол переговоров, если даже попытка посредников в лице ОБСЕ не увенчалась в свое время успехом. Но если сие произойдет, то выиграет ли от этого общество и оппозиция? Начнем с того, что многие в Азербайджане после столь цинично сфальсифицированных выборов, утратив надежду добиться демократии, могут прийти к выводу, что необходимо договориться с вечной, как им кажется, диктатурой в надежде путем «примирения», «компромисса» и «переговоров» сохранить какие-то позитивные элементы и положить конец жестокостям.  Этот путь они оправдывают тем, что серьезная борьба против жестокой диктатуры несет в себе неприятную перспективу кровопролития и гражданского противостояния. При этом как-то забывается, что власти, получив на выборах максимум желаемого и не встретив серьезного народного сопротивления, ныне спокойно могут позволить себе рассуждать о степени демократичности выборов. Хотя еще известный сатирик Станислав Ежи Лец задавался вопросом: «Имеет ли право людоед говорить от имени съеденных?». Вот и в нашем случае, имеет ли власть рассуждать о демократии? Ведь сам термин «демократия», если кто позабыл, означает власть народа, а не клана Алиевых. именно народ позволил в очередной раз плюнуть на свое мнение. это одна из самых страшных глупостей, совершенных нашим народом. Увы, наиболее слабые его представители склонны считать это судьбой, роком, чем угодно, лишь бы не признавать собственную трусость и слабость. А власти ныне, после столь жирного плевка в душу народа, почуют на лаврах. Но они забывают, что еще Линкольн писал: «Можно дурачить часть народа все время; можно дурачить весь народ некоторое время, но нельзя дурачить все время весь народ».

Имитация силы

Так значит в диалоге между властью и оппозицией нет смысла?  Отвечу так - переговоры являются весьма полезным инструментом при разрешении определенных типов проблем в конфликтах, их нельзя игнорировать или отвергать, если они к месту. Ныне они к месту лишь для представителей власти, стремящихся в очередной раз одурачить мировое сообщество своим стремлением к переговорам с оппозицией.
Кроме того, опыт диалога между властью и оппозицией в мире доказывает, что в тех случаях, когда ставятся вопросы фундаментального характера, затрагивающие принципы религии, проблемы прав человека или всего будущего развития общества, переговоры не являются способом достижения взаимоприемлемого решения проблемы. По некоторым принципиальным вопросам компромисса быть не может. Лишь изменение в распределении власти в пользу демократов может обеспечить адекватное решение данного вопроса. Но согласна ли на это власть? Естественно, что нет. В худшем для себя случае она согласна вести банальный торг за депутатские мандаты, которые честно выиграли представители оппозиции. При этом вопрос парламентского большинства в Милли меджлисе со стороны оппозиции режимом даже не обсуждается. Кроме того, ясно как божий день, что предложение мира путем переговоров с демократической оппозицией со стороны диктатуры, естественно, не является искренним.

Насилие может быть прекращено в любой момент самими диктаторами, если только они остановят войну против собственного народа. Мы уже видели, на что способен этот режим в моменты смертельной угрозы своему существованию – 15-16 октября 2003 года и в день планировавшегося ЄAaвозвращения на родину экс-спикера парламента Расула Гулиева. Но мы еще не видели, как эта власть извиняется перед собственным народом за попранные права, разграбление национального имущества, давно забытую  «карабахскую карту», которая могла бы стать общенациональной идеей. Зато мы являемся свидетелями того, как она стала лишь предметом устрашения собственного народа началом военных действий. А ведь правящий режим, без всяких переговоров и по собственной инициативе может восстановить уважение достоинства и прав человека, освободить политических заключенных, прекратить пытки, разрешить возвращение в страну всех политэмигрантов, провести массовую и действительно реформаторскую чистку в правительстве принести свои извинения народу. Но в таком случае, это уже была бы действительно уверенная в своей силе, верная идеям построения великой страны, власть. А так мы видим перед собой лишь имитирующую силу, народную любовь и патриотизм кучку безликих людей, собравшихся вокруг длинноносого диктатора, ведущих себя как временщики и потому стремящихся поскорее распродать все богатства этой земли.

На кону – судьба страны

Что же в таком случае делать? В первую очередь, демократам необходимо остерегаться ловушек, намеренно расставленных диктаторами в ходе переговоров. Призыв к диалогу, когда ставкой являются вопросы политических свобод, может оказаться попыткой диктаторов заставить демократов мирно сдать позиции при сохранении насилия со стороны режима. То есть, на мой взгляд, оппозиция не должна отказываться от метода давления на власти посредством проведения массовых акций протеста на период диалога. Иначе власти могут спокойно сорвать переговоры и взвалить вину за это на оппозицию, что мы уже не раз видели. такого рода конфликтах переговоры могут сыграть единственную роль в конце решительной борьбы, в ходе которой власть диктаторов уничтожена и она ищет доступа в международный аэропорт. Для этого нужно твердо продемонстрировать власти, что вопрос стоит не о судьбе нескольких депутатских мандатов, а о судьбе демократического будущего в стране. А оно заключается в признании этих выборов недемократичными. Утопия? Отнюдь. Только под воздействием совместного давления оппозиции и народных масс можно будет наглядно убедиться,
чего стоят  разговоры о реформаторской потенции Ильхама Алиева. Если же демократы дадут согласие прекратить сопротивление в ответ на приостановку репрессий, они могут быть сильно разочарованы.

Прекращение сопротивления редко приводит к сокращению репрессий. После устранения воздействия внутренней и международной оппозиции диктаторы способны сделать угнетение и насилие еще более жестокими, чем ранее. Распад народного сопротивления часто устраняет уравновешивающую силу, которая ограничивает власть и жестокость диктатуры. В таком случае тираны могут предпринимать действия против кого угодно. «Так как тиран обладает властью ровно настолько, насколько нам не хватает силы
противиться ей», — писал Кришналал Шридхарани. Иными словами, подчинение грубому угнетению и пассивная уступка диктаторам, которые зверски обращались с сотнями тысяч людей, не является настоящим миром.

Гитлер неоднократно призывал к миру, под которым он понимал подчинение его воле. Мир для диктатора часто означает мир тюрьмы или могилы. Все это мы уже видели. И величайшей неосмотрительностью со стороны оппозиции и народа будет то, что они позволят власти, под прикрытием переговоров, в очередной раз продемонстрировать, что они подразумевают под словом «демократия». Но это уже будет не только глупость, как писал Шопенгауэр, а судьба целого народа, его сегодняшний день и его будущее.

АКПЕР ГАСАНОВ

Еженедельная аналитическая газета "Бакинские ведомости", № 32, 19 ноября 2005
www.monitorjournal.com