ГЕОПОЛИТИКА

Тотолитаризм

НЕИСПРАВИМЫЕ ЗАЛОЖНИКИ
Расписание дня карателя - с утра до вечера халявная еда, тренировки, сауна

Наверняка во время жестокого разгона митинга 26 ноября рядом с полицейскими вы заметили лиц в гражданском. Спортивного телосложения, они в ходе полицейской акции особенно усердствовали, были агрессивны. За несколько дней до митинга мне удалось познакомиться с одним из них. Наш посредник поручился за порядочность сторон, и поэтому этот человек согласился ответить на мои вопросы. Анонимно, конечно.

- Честно говоря, я не хотел бы даже здороваться с тобой.

- Салам - это милость Аллаха.

- Если ты такой добропорядочный, почему занимаешься неблаговидным делом?

- Каждый занимается своим делом.

- А чем занимался раньше?

- Учился плохо, но занимался спортом. Два раза пытался поступить в институт, но не смог. Затем один из моих друзей-спортсменов сказал, что поможет устроиться на работу. В то время, как я не мог найти деньги на посещение бассейна, эти ребята занимались в престижных спортивных залах, парились в саунах, развлекались. Правда, я немного засомневался.

- Почему?

- Решил, что в крайней ситуации за меня некому будет постоять, и я могу даже угодить в тюрьму.

- А теперь ты уверен, что тебя поддержат?

- После того, как я связался с этими людьми, я даже не верю, что "сложная ситуация" может возникнуть. Нас курируют не отдельные чиновники, а правительство. Сила, деньги, возможности только у них. Кто им может возразить?

- Но ведь во время проведения акций ваши лица попадают в объективы камер. Ты не боишься, что когда-то твои хозяева просто сдадут вас?

- Я в этих делах не разбираюсь. Знаю одно - что сейчас все в их руках.

- Как расписан ваш день?

- Отлично. На бульваре у нас, как говорится, есть место дислокации. С утра до вечера халявная еда, тренировки, сауна, все наши проблемы решаются в мгновение ока.

- А сколько вы получаете за такую "напряженную" работу?

- В месяц 200 долларов. Это зарплата. И за каждую акцию еще 200 долларов.

- Считать чужие деньги нехорошо, но все же скажи: за время выборов вы неплохо заработали?

- Почти все акции были разрешенными, а мы участвуем в несанкционированных.

- Вас много?

- Достаточно.

- С виду вы нормальные ребята. Но откуда в вас столько ненависти к нашему народу?

- А вы уверены, что это наш народ?

- Как тебя понять?

- Хочу сказать, что многие ребята - представители этносов.

- Лично я во время акций больше всего слышал нахчыванский диалект. И, как правило, у всех ребят глаза холодные, лица непроницаемые. Правда, что вы перед акциями принимаете наркотики или анаболики?

- Я вижу вы наблюдательный. И диалект, и выражение лиц заметили. А что в Нахчыване нет этносов? Верно, у нас в Нахчыване тоже есть подразделения. Хорошо подготовленные. Выстоят не только перед обычной толпой, могут пойти и против армии.

- Мне кажется, это воспитанники лагерей ПКК в Нахчыване?

- Зачем тебе столько информации?

- Это и наше дело. Но ты не ответил насчет непроницаемых лиц.

- "Лекарства", как дубинка в руках полицейского, - наше оружие. Мы тоже люди. Рука может дрогнуть, когда кто-то попросит о помощи.

- А как вы распознаете друг друга в толпе?

- Мы всегда в черном. Летом черная рубашка, зимой - черная кожанка. На запястье белая повязка.

- В армии был?

- Нет, я из "негодных".

- С такими габаритами и "негодный"?

- Армия не для меня.

- Ты наверняка не раз слышал реплику: "если такой сильный, воюй с армянами".

- На нас это не действует. Войны все равно не будет. Кто-то продал, кто-то купил. Те, кто у власти, уже приватизировали районы. Какая война, о чем ты?

- А кому досталась столица в этой приватизации?

- Джалалу Алиеву. В Баку прибыль буквально от всего - продуктов, стройматериалов и прочего, течет в карман "дяди". Правда еще у нескольких есть своя доля. Но они в сравнении с ним пешки.

- Ты женат? В семье знают, чем ты занимаешься?

- Конкретно нет. Сказал, что в секретной службе.

- А почему скрываешь?

- Ты что, женщин не знаешь? Как узнают, поднимут крик: уйди с этой работы!

- Верно. А если кто-то найдет себе работу и захочет уйти?..

- Мы под жестким контролем. Телефоны прослушиваются, за нами постоянная слежка. Когда выбираешь такое дело, надо крепко подумать. Стоит кому-то чуть голову поднять, сразу бьют. Многие из наших ребят устроились в институты. Есть те, кто выбился, сделал карьеру. Поэтому об уходе речи быть не может.

- Вашим оружием, помимо всего, является отборный мат. А разве вы в тот момент не чувствуете, что ваша брань возвращается в адрес ваших матерей, жен, сестер. Какое же удовольствие получать за все это деньги?

- Если честно, мы тоже заложники безденежья.

- Отличаетесь тем, что вам платят отнятым у простых людей. Вы в курсе, как живет народ? Вы задумывались вообще, что заставляет людей выходить на улицы? Они тоже хотят нормально жить. Хотят получать нормальную зарплату, ходить в супермаркеты, двери которых вы открываете пинком.

- Почему ты говоришь об этом мне? Я тоже вышел из той жизни.

- Вдруг на одной из акций столкнемся лицом к лицу. Что сделаешь?

- А разве у тебя нет куртки с надписью "Пресса"?

- Действительно, вы неисправимы.

АЙГЮН МУРАДХАНЛЫ

Еженедельная аналитическая газета "Бакинские ведомости", № 34, 03 декабря 2005

www.monitorjournal.com